Высокие материи

образованиеЧестно говоря, хотелось чего-нибудь светлого и радостного, полного надежд и гладиолусов. Все-таки опять начало. Начало – это всегда хорошо и душевно, как чистый лист в тетради первоклассника, еще не запачканный помарками повседневных промахов и бытовых клякс.

«Согласно политикe «единой мысли», установленной завоевавшимся во Франции социализмом, знания, имеющие отношение к «общей культуре», дискриминируют всех, не имеющих к ним доступа по своему социальному положению»

Но не вышло, поскольку все дискуссии в канун нового учебного года вновь уперлись лбами в кризис образования, a мелькнувшая в спорах истина полыхнула и осветила мрачные тезисы о «культуре». В современном европейском применении к образованию в целом таких тезисов два: «культура сама по себе бесполезна» и «культура как таковая дискриминирует». Не ругайтесь, сейчас поясню.

На этих, долгое время негласных, но с некоторых пор наконец оглашенных в прессе тезисах была неспешно построена целая система свай, успешно разрушивших изнутри «старый мир» образования во Франции. И можно смело говорить – в Европе, потому что глобализация пандемична, а человеческая натура везде одинакова и равняется на соседа.

Брожение началось с конца шестидесятых, когда быстро отшумевшая студенческo-булыжная маленькая революция впервые «запретила запрещать». С послевоенного времени, практически по совсем недавнее, в моде крепко удерживались «левые» ценности и «левые» предводители местных дворянств.

К тому времени, когда через семи- и восьмидесятье непыльную (для элит) экзотику Маркса, Сартра и Фуко сменили арабески Бурдье, жучки-древоточцы «прогрессивных» веяний уже превратили несущие стены образовательных храмов и подсобок в ажурные кружева псевдоинтеллектуальной демагогии.

Середина восьмидесятых была отмечена четкой директивой снижения уровня общих образовательных стандартов. Тогдашний министр провозгласил, что конечной целью обучения является подобающий сертификат и что отныне Франция твердо намерена догнать и перегнать Японию по числу счастливых обладателей этого самого документа.

Для достижения чего худо-бедно поддерживаемый образовательный уровень должен был постепенно, но верно пасть ниц. Чем, собственно, с тех пор усердно занимались все вершители и приживальщики от образования.

Но только в 2009 г. впервые внятно прозвучало предъявленное «культуре» прямое обвинение в «дискриминации». Oпрокинув на скатерть соусник с данными о студентах наиболее престижныx учебныx заведений, министр высшего образования громко назвала понятие «общий культурный уровень» дискриминирующим по социальному признаку.

Проще говоря, культурный уровень определенного круга способствует продвижению своих выходцев в высокие сферы. Еще проще: дети из социально более значимых семей уже по изначально приобретенному ими в недрах семьи «культурному багажу» имеют неоспоримо большие шансы получить неоспоримо высшее и неоспоримо лучшее образование, нежели «дети подземелий» – малоимущих, средне-бедствующих или люмпен-пролетарствующих, интеллектуально не замороченных и не способных передать собственным чадам ни рюкзачка, ни авоськи с каким бы то ни было «культурным багажом».

Подобное явление само по себе не ново и стало абсолютной правдой жизни, исключения из которой, конечно, общего правила не опровергают. Достаточно прикинуть, сколько безвестно канувших алкоголиков приходится в одном веке на одного Ломоносова. Так что наблюдение верно. А вот заключение ошибочно. И, как выясняется, чревато самыми тяжелыми последствиями.

С того самого официального заявления профориентация всей образовательной системы во Франции (и вокруг) окончательно затушила старые маяки и взяла курс на блуждающие болотные огни новых веяний.

Cистема «воспроизводства социальных иерархий» (по Бурдье), где каждая социальная группа из поколения в поколение плодит себе подобных, не пытаясь вырваться за пределы собственной ограниченности и возвыситься над ней – должна быть нивелирована.

Hо не посредством несения культуры в массы, дабы позволить оным преодолеть доселе слишком высокий барьер, а опущением самого этого барьера до уровня не привыкших к такого рода препятствиям масс.

Как верно выразился великий классик: «во имя равенства, зависти и пищеварения».

Елена Кондратьева-Сальгеро, журналист (Франция), vz.ru