Надо ли так любить детей?

любовь«Побей бабушку», — говорит молодая мама своему годовалому малышу. Маленькая нежная ладошка бьет бабушку по лицу. Бабушке не больно. Она ловит ладошку и без конца ее целует. Малыш смеется. Все рады, умиляются…

Проходит время. Кулачки ребенка крепнут, и бабушке уже больно. Но мальчугану нравится такая «игра», и бабушка терпит. Терпит и мама. В их глазах уже нет прежнего умиления. Потом, когда ребенок подрастет, его кулачки, а точнее, теперь уже кулаки, должны будут испытывать на себе и сверстники в детском саду, в школе, на детской площадке, в кинотеатре, в клубе. Словом, где угодно и когда угодно.

Разумеется, истоки образования привычки пускать в ход свои кулаки весьма разнообразны. Порой это начинается с «побей бабушку»… В конечном счете такая любовь к малышу приводит к воспитанию у него потребности в насилии. Как говорят, «лиха беда начало».

Любовь к ребенку — естественное чувство. Но какой должна быть эта любовь? Слишком уж часто встречается такая любовь, в основе которой лежит явное преобладание эмоций над интеллектом. Любовь, так сказать, слепая, стихийная, неразумная.

Нередко можно услышать от мам такие признания:

- Пока я живу, я своему ребенку ни в чем не буду отказывать! На то я и мама.

- Я свою дочь ничего не заставляю делать. Придет еще время — потрудится…

Такие родители во всем потворствуют своим детям, потакают их капризам, стараются не конфликтовать с ними. Боясь лишиться их любви, эти родители ни в чем им не отказывают, задаривают их подарками, прибегают даже к подкупу. Словом, идут на любые жертвы, лишь бы их дети ни в чем не нуждались. А дети, чувствуя это, безжалостно эксплуатируют этих любвеобильных мам и пап, без конца обманывают и шантажируют их, будучи уверенными в том, что можно позволить себе буквально все. В итоге растут бездушные и бессердечные эгоисты, третирующие всех окружающих, особенно самых близких. Тогда родители спохватываются и начинают жаловаться:  

- Я ей: «Доченька, доченька», а она мне «Отстань, надоела…» Я не выдержала и говорю: «Ах ты, неблагодарная! Кто тебя кормит, одевает? Кто за тебя все в доме делает?», а она мне: «Ты и обязана кормить, одевать. На то ты и мать».

На вопрос учителя, пробовала ли эта мама приучать с детства свою дочь к труду, последовал ответ:

- Так зачем же, мне и не надо. Мне не трудно и самой сделать. Главное, что уважения от нее не вижу!

Подчас слепая, безрассудная родительская любовь вызывает полнейшую беспомощность. «Я не могу его воспитывать, — с горечью признается одна мама, — потому что уж очень его люблю. Ничего не могу с собой поделать». Трудно ожидать, чтобы у таких сентиментальных, слабовольных родителей дети выросли бы людьми целеустремленными, волевыми, уверенными в своих силах и возможностях, способными к преодолению возникающих в жизни трудностей и препятствий, самостоятельными и ответственными.

В свое время известный советский педагог и писатель А. С. Макаренко (1888 – 1939), решительно выступая против сентиментального любования детьми, писал: «Дети — цветы жизни, любили повторять педагоги и многие родители, однако многие из них не дали себе труда задуматься над этими прекрасными словами, из которых вовсе не следует, что нужно цветами любоваться, ахать, носиться, нюхать, вздыхать. Надо подумать, какие плоды могут развиться из этих цветов. Если детей ни в чем не ограничивать, то у них могут развиваться эгоизм, лень, барство, избалованность и расхлябанность. В обращении с детьми не нужно сентиментального заласкивания, поцелуев, объятий т. п., но необходимо чувство меры в любви и строгости, в ласке и суровости».

Родители, отличающиеся неразумной любовью к своим детям, не считаются с тем фактом, что в воспитании главную опасность представляет не отсутствие чего-либо, а наоборот, пресыщение чем-то. Блага, которые ребенок получает без особых усилий, в готовом виде, формируют у него потребительское отношение к жизни, иждивенческие установки. Увы, слишком любвеобильные родители, стремясь удовлетворить все желания своих детей, не понимают (или не хотят понимать), что их надо в этом ограничивать, воспитывать потребность в ограничении, то есть стремление и умение ограничивать удовлетворение таких потребностей, которые вредно сказываются на формировании полноценной личности. Не это ли имел в виду Аристотель, утверждая, что «владеющие собой люди, хотя и имеют стремление и желание, не делают того, к чему у них есть стремление, а сообразуются со своим умом»?

Неудивительно, что дети, «воспитываемые» в духе вседозволенности, нередко чувствуют себя одинокими, не находящими общего языка с родителями. Короче говоря, чужими среди своих. Многие из них, особенно с наступлением подросткового возраста, принятого называть «переходным», «трудным», «критическим», тянутся к уличной свободе, которая засасывает их, приучая к алкоголю, наркотикам, сексуальной распущенности и толкая на путь правонарушений вплоть до таких  уголовных преступлений, как изнасилования и убийства, порою вызывающие ужас своей жестокостью.    

Казалось бы, ум человеческий должен убедить родителей в том, что воспитание детей (да и взрослых) — это в первую очередь воспитание у них разумных потребностей. Решение этой задачи в настоящее время, когда человеческое общество все быстрее превращается в потребительское  и тем самым угрожает своему существованию, становится жизненно необходимым. Однако многие родители, вместо того чтобы воспитывать у детей такие потребности, как учиться овладевать глубокими знаниями и устойчивыми умениями, воспринимать и оценивать подлинные произведения искусства, быть воспитанными, особенно в нравственном отношении, способствуют формированию у своих любимых чад вредных потребностей, например, в курении, алкоголе, наркотиках.

…На семейном вечере с участием гостей подвыпивший отец поднес 7-летнему сыну рюмку с водкой: «На, выпей тоже». Мальчик растерялся. Он до сих пор не попробовал даже пива. «Не бойся, — настаивал отец. — Ты ведь мужчина!» Унизить свое мужское достоинство мальчуган, естественно, не мог. Он выпил. Закружилась голова, возникло тошнотворное состояние. Но зато он получил моральное удовлетворение… Что ж, в следующий раз его не надо будет уговаривать. А в дальнейшем он сам станет просить и настаивать, чтобы и ему налили. Так сформируется у него потребность в спиртном. И отец будет недоумевать: «Как же это случилось, что мой сынишка пристрастился к водке?»

Бедный отец! Он не знал, каков механизм образования привычки. Ему было невдомек, что нередко стоит только начать. Возможно, выдающийся русский биолог, антрополог, врач и  педагог П. Ф. Лесгафт (1837 – 1909), предостерегая именно таких отцов, писал: «Сначала конфеты, затем конфеты с ромом, потом ром с конфетами, и, наконец,  чистый ром». 

Проблема очень многих родителей (и не только родителей) состоит в том, что они чрезвычайно упрощают процесс воспитания. Иначе говоря, на их взгляд, для воспитания не требуется большого ума и знаний. Не случайно К. Д. Ушинский писал: «Искусство воспитания имеет особенность, что почти всем оно кажется делом знакомым и понятным, а иным — даже легким, и тем понятнее и легче кажется оно, чем менее человек с ним знаком, теоретически или практически». В действительности же воспитание — необычайно тонкое, ювелирное дело. Пожалуй, самое тонкое и сложное и вместе  с тем  самое значимое. Особенно в наше время, когда со всей очевидностью наблюдается деградация духовной, нравственной жизни большей части населения земного шара, разрыв между высокими достижениями в области материальной культуры и духовной нищетой, скудостью идеалов, моральных норм и т. д.

В этих условиях было бы очень наивно считать, что искусство воспитания приходит само по себе, как бы по мановению волшебной палочки, к тем, кто так или иначе связан с вопросами воспитания. Этим искусством, в частности, искусством любить детей, надо овладеть. Для этого необходимо знание не только педагогики как науки о воспитании, но и философии, этики, эстетики, социологии, психологии, анатомии и физиологии человека, генетики, гигиены. Словом, знание всех тех наук, которые в совокупности своей образуют то, что принято называть человековедением.

Многие ли родители знают и соответственно учитывают возрастные и индивидуальные особенности своих детей, те изменения, которые в них совершаются при переходе от одного возрастного периода к другому? Может ли любовь родителей быть разумной, если они не представляют себе, что, например, дети младшего школьного возраста существенно отличаются от дошкольников, а тем более — подростки от младших школьников?

…Мать называет своего 14-летнего сына, в котором она души не чает, в присутствии его сверстников и сверстниц — Котик. Его, Костю, это смущает и раздражает, отчасти потому, что среди сверстниц есть та, которая ему нравится. Какое впечатление производит на нее это «Котик»? Вероятно, усмехается. Увы, мама этого не понимает. Она по-прежнему считает его маленьким, а он уже выше ее ростом и усы пробиваются… В его подростковом организме происходит кардинальная анатомо-физиологическая перестройка, развертывается процесс полового созревания, формируется чувство взрослости, сопровождаемое повышенным вниманием и интересом к новым ощущениям и переживаниям. Но мама Кости этого не замечает. Отсюда он воспринимает ее любовь к себе совсем не так, как раньше…

Довольно часто можно от подростков услышать:

- Главная беда с родителями — то, что они знали нас, когда мы были совсем маленькими, но не теперь.

- Мы разговариваем на разных языках.

Выдающийся польский педагог, писатель и врач Януш Корчак (Генрик Гольдшмит), страстный поборник учения о человековедении и автор замечательной книги «Как любить ребенка», обратил на эту «особенность» общения между родителями и детьми особое внимание: «Мы обрядили детей в мундир детства и верим, что они нас любят, уважают, доверяют, что они невинны, доверчивы, благодарны. Мы с упоением играем роль бескорыстных опекунов, умиляемся при мысли о принесенных нами жертвах, и, можно сказать, до поры до времени нам с ними неплохо. Сначала они верят, потом сомневаются, пытаются отбросить подкрадывающиеся исподволь сомнения, иной раз пробуют бороться с нами, а увидев бессмысленность борьбы, начинают водить нас за нос, подкупать, обманывать».

Вряд ли разумная любовь к детям способна приводить к таким печальным последствиям. Тот же Корчак подчеркивал, что «воспитание ребенка – не приятная забава, а работа, в которую надо вложить усилия бессонных ночей, капитал тяжелых переживаний и множество размышлений».      

Исаак Юдовин