Главная страница Написать нам письмо Поиск по сайту


   »  Главная страница
   »  В мире
   »  Россия
   »  Ближний Восток
   »  Мнение
   »  Экономика
   »  Медицина
   »  Культура
   »  История
   »  Право
   »  Религия
   »  Еврейская улица
   »  Разное
   »  English


Подписка  «   


Архив Россия: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37
Архив Новости: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 39, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48
Архив Ближний Восток: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22
Архив В Мире: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20
Архив Мнение: 1, 2, 3, 4, 5, 6
Архив Еврейская улица: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37
Архив Ксенофобия: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7
Архив Культура: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10
Антитеррор, Спецкорры МЕГ





  ГОЛОС ЯАКОВА «

ГОЛОС ЯАКОВА

Главный раввин Северного Кавказа Шертиль ШАЛУМОВ
ГОЛОС ЯАКОВА
Если вернуться к описываемым событиям начала 80-х, мне особенно приятно доверие старших прихожан синагоги, которое я со временем почувствовал. Раби Боби и многие прихожане обратились ко мне с советом: «Вот ты очень серьезно подходишь к вопросам веры, это значимо для тебя в твоей жизни. Давай, поезжай в Москву, в йешибот, а как вернешься, с Б-жьей помощью будешь у нас раввином».
Конечно, для меня тогда это были заоблачные представления - как я, молодой человек, который довольно далек от этого, буду углубляться в религиозные дисциплины? Что значит учиться в йешиве, познавать нашу веру, ее основы? Для меня тогда вопросы веры казались непостижимыми ввиду их верховной значимости. Весь этот переговорный процесс продолжался полгода, и когда миновал год со дня смерти моей сестры, я продолжил ходить в синагогу, потому что мне это было очень интересно.
Я жил в семи минутах ходьбы от синагоги. Помню дорога от синагоги домой для меня всегда была интересной - я шел и думал о том новом, что сегодня узнал. По дороге в синагогу я думал о тех вопросах, которые можно задать, исходя из уже сделанных в Торе открытий. В какой-то момент стало ясно, что все это завлекло меня очень глубоко. Пришло глубокое и осознанное понимание того, чем для меня становится интерес к Торе.
В руководстве еврейской общины г. Махачкалы мне предложили написать письмо в Москву, для того чтобы меня приняли в йешиву «Коль Яаков» («Голос Яакова») при синагоге на Архипова 10, где тогда уже служил рав Авраам (Адольф) Шаевич, замечательный человек нашего времени. В 1983 году он был избран Главным раввином СССР на съезде Всесоюзного Совета еврейских религиозных общин (ВСЕРО). Помимо того, что обращение из региональной общины должно было быть рассмотрено им по обязанности, мы сразу почувствовали в его лице особую теплоту и симпатию к кавказским евреям, ищущим возможность изучать Тору.
Здесь надо сказать об особенностях очень непростой ситуации с религиозным еврейским образованием той эпохи. Еще во времена политической оттепели середины 50-х - начала 60-х гг. при московской хоральной синагоге открылся йешибот «Коль Яаков» («Глас Яакова», 1957). Вскоре началось неподконтрольное властям движение под сионистским лозунгом свободы репатриации в Израиль. Возникла сеть ульпанов - неформальных кружков для взрослых по изучению иврита, еврейской истории и культуры. Поэтому ждать ответа пришлось полгода - не от представителей йешивы, не от московской общины, а от государственных структур, которые должны были дать разрешение на временное проживание в Москве.
Когда я получил долгожданный положительный ответ в декабре 1983 года, меня пригласили на собеседование. Именно тогда я увидел самую красивую и самую большую в моем понимании синагогу, в которой молились и общались совершенно разные люди. Они были очень непохожи на наших кавказских евреев, но свет в их глазах, отношение друг к другу меня тогда настолько заразили, что я понял: пока я не найду ответы на свои вопросы, наверное, я отсюда не уеду.
От госструктур я получил испытательный срок на полгода, это дало мне возможность начать учебу в йешиве. На тот момент там не было какого-то общежития, не было где проживать. Стипендия в 100 рублей казалась нам очень большими, важными и весомыми деньгами, потому что этого хватало, чтобы приехать туда с семьей - у нас уже была старшая дочь Эмилия. Вторая дочь - Марта - родилась уже в Москве, где мы снимали квартиру за 50 рублей.
В 1984 году, после примерно четырех месяцев обучения в йешиве, я получил неприятное известие о смерти моего деда Юхая бен-Элияху в возрасте 88 пет, менухато беган эден (чтобы душа его успокоилась на Небесах - прим. ред.). Приехав в Махачкалу, я чувствовал себя уже совершенно другим человеком - относительно молодежи с ее интересами, относительно ребят нашего возраста, и, даже иногда старшего поколения. Тяжесть траура была очень глубока - это была вторая серьезнейшая потеря для меня.
Сегодня я хочу вспомнить о человеке, который для меня был очень дорог - это мой дедушка, отец моего отца. Юхай Бен-Элияху Шалумов дал мне в этой жизни достаточно много, определенное понимание жизни и взгляд на некоторые ее сложности. На моей памяти все последние годы он занимался торговлей, дожив до очень преклонного возраста.
Много позже я узнал, что это имя было и в еврейской истории - среди мудрецов был мудрец по имени Шимон бен-Юхай.
У нас в традиции принято давать еврейские имена мальчикам и девочкам по близким родственникам, сегодня имя нашего деда носит сын моего брата Гены. По бумагам в России его записали Юлиан, но все знают в семье, что его зовут как деда - Юхай. Сегодня он живет в Израиле, отслужил в армии, и мы надеемся, что он будет точно как наш дед - достойным продолжателем нашего рода.
Ушел тот человек, который дал мне в этой жизни главное понимание - веры, религии, традиции еврейского народа. Дед Юхай был для меня источником сведений о многообразии жизни. Меня всегда поражали его голубые глаза, некавказского типа светлое лицо и рыжие волосы - по контрасту с нашим темным типом лица. Это интересный факт в нашей семье - бабушка Малька, жена моего деда, была темненькая, с типичными чертами, свойственными выходцам с Кавказа. Кстати, Юлиан, носящий имя деда, как две капли воды похож на него. А мы, остальные члены семьи, пошли в бабушку. Этот факт тоже был одним из вопросов, ответ на который я со временем смог найти в истории еврейского народа.
Наши родственники, дай Б-г им здоровья, носят имена тех или иных своих родных - это и мой отец, и дядя Семен. Считается, что имя имеет особое судьбоносное значение, это очень интересно. Мое имя Шертиль - имя младшего брата моего отца, который в 20 лет ушел на фронт и не вернулся из боя где-то на Западном фронте. Почти 30 лет дед и отец с дядей, обращаясь в военкомат и всевозможные инстанции, искали место, где он был погребен. И только в 1982 году пришло известие о найденном захоронении Шалумова Шертиля Юхаевича под Витебском. Я помню, что отец с дядей Семеном ездили в одну из деревень, где жила бабушка, которая ухаживала за могилами, она и показала место захоронения.
Итак, после месяца пребывания в Махачкале в этот очень непростой период моей жизни, я вернулся в Москву, глубоко и серьезно стал изучать «диней авилут» (законы траура - прим. ред.), и все то, что связано с душой тех людей, которые, как мы надеемся, возносятся на Небеса, в мир иной. И эта тема и по сей день самая сложная, глубокая во всех отношениях, что связано с иудейской религиозной философией. На протяжении всех лет существования общины «Геула» об этом мне приходится многократно беседовать с нашими евреями, которые оказываются в подобных ситуациях, чтобы переживание траура оказывалось адекватным Галахе (еврейским религиозным нормам - прим. ред.), обычаям и личным особенностям людей.
В процессе обучения практические вопросы соблюдения традиции можно было обсуждать детально, сравнивая опыт учителей и учеников из разных мест. Вспоминая, как тот или иной религиозно важный момент реализовывался в махачкалинской общине, я понимал, что есть разные течения - ашкеназское и сефардское. Это касалось и произношения евреев Кавказа. В йешиве тогда учились 14 человек, горских не было - я был один представитель евреев Кавказа. До этого в 1983 году, насколько мне было известно, йешиву закончил Митя (Мордехай) Гилядов, который был раввином Нальчика.
То есть я был вторым представителем горско-еврейской общины в этой йешиве, а в основном там учились евреи из Средней Азии, Молдавии, с Украины - и вот в этом интересном сообществе я прожил четыре с половиной года и в конце концов получил теуду (свидетельство), документ духовного руководителя общины, хотя тогда у меня не было такой ясно сформулированной потребности стать именно руководителем общины - я хотел познать свою веру, свою религию и мудрость наших учителей.
Во многом это ощущение подпитывалось тем, что я тогда увидел таких раввинов, которые в моих глазах были подобны ангелам, светилам, пророкам. Мне хотелось бы их назвать. Главой йешивы и главным моим учителем были раби Исроэль Шварцбладт, литовский еврей. До 1957 года он жил в Одессе и был главным раввином Одессы, но уже в 70-х годах, когда синагога там закрылась, он переехал в Москву. Его участие в йешиботе и воспитании молодых слушателей было очень значимое. Он открыл мне глаза на многие вещи в этом мире - он учил с нами «Шульхан Арух», основы праздников, молитвы. Был с нами еще реб Мотл (Мордехай) Лившиц, который у нас вел законы шхиты (законы резки крупного и мелкого скота, птицы), мы изучали с ним «Симла хадаша».
Многое мне казалось непонятным, открывались неизвестные, но важные в этом деле детали, хотя в нашем квартале в Махачкале напротив нас было три двора, где резали скот, благодаря чему у нас всегда было свежее мясо, подготовленное ритуально чистым способом, и это было значимое и определяющее в нашем доме в праздники и в будни. Был среди наставников реб Авраам Миллер, с которым у нас были дополнительные занятия по изучению Мишны и Талмуда. Будучи в Москве, мне удавалось посещать уроки рава Элияху Эссаса, который в те времена был известным отказником.
Не могу не сказать о друзьях-товарищах по учебе в йешиве - это Аврех Казиев из Ташкента, он сейчас живет в Нью-Йорке, Бен Беньяминов из Самарканда, Глеб Бройтман из Москвы. На тот момент в йешиботе «Коль Яаков», на втором этаже основного здания синагоги, был специальный зал, который мы называли библиотекой, где мы учились.
В то время я был единственным человеком с Кавказа, который учился в йешиве. Мне было очень приятно знакомство с Амалданом Кукуллу, человеком, который глубоко и бескорыстно занимался фольклором горских евреев -сказаниями, легендами, пословицами. В 1985 году при первом знакомстве я посетил его маленькую двухкомнатную квартиру в Москве. Вся она была заполнена рукописями его сказаний и литературных сочинений. Он пожаловался на то, что нет возможности издать все это. Тогда мы начали поиск средств на публикацию его первых изданий.
Сегодня Амалдана Кукуллу нет с нами, пусть душа его успокоится на Небесах, но мы о нем помним, нам помогают в этом красочные издания сказаний древнего народа, которые выходили уже неоднократно в разных издательствах. Хотелось бы, чтобы такие издания были в наших общинах повсюду, чтобы мы могли помнить о людях, которые всегда искали свои истоки. Отрадно, что практически в любой прессе, где касаются горско-еврейской тематики на систематической основе, обязательно появляются небольшие отрывки сочинений, извлеченных из золотого сундука Амалдана Кукуллу.
За все годы обучения до 1987 года, то есть за четыре года с лишним, которые я учился в йешиве «Коль Яаков» в Москве, ко мне пришло понимание, что на самом деле это - новая жизнь, которую я выбрал.
Тогда новизна открывалась во всем... Еврейская Москва и новые люди, все то, что было для меня тогда совершенно новым и интересным в йешиве, открывало новые горизонты и одновременно увлекало меня углубиться в учебный процесс. И даже по прошествии времени мне с трудом представлялось, что я смогу быть раввином в какой-то общине, особенно вернувшись в ту общину, где я родился, где меня все знают.
Со временем все встало на свои места. И теперь ясно, что раввин в кавказской общине - это в первую очередь человек, который представляет общину, ведя публичную молитву (шалиах цибур) и читая Тору (баал крия). Он также обязательно имеет навыки религиозным путем резать скот, птицу, помогая общине встречать все праздники, жить в соответствии с Торой, соблюдать кашрут, и, конечно, без чего не обходится, оказывать услуги по захоронению.



Главная страница Написать письмо Поиск
Jig.ru является расширенной версией «МЕГ». Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора. Материалы сайта могут перепечатываться без письменного согласования с редакцией, но с обязательной гиперссылкой на главную страницу сайта.