Главная страница Написать нам письмо Поиск по сайту


   »  Главная страница
   »  В мире
   »  Россия
   »  Ближний Восток
   »  Мнение
   »  Экономика
   »  Медицина
   »  Культура
   »  История
   »  Право
   »  Религия
   »  Еврейская улица
   »  Разное
   »  English


Подписка  «   


Архив Россия: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37
Архив Новости: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 39, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48
Архив Ближний Восток: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22
Архив В Мире: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20
Архив Мнение: 1, 2, 3, 4, 5, 6
Архив Еврейская улица: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37
Архив Ксенофобия: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7
Архив Культура: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10
Антитеррор, Спецкорры МЕГ





  Пурим. Хроника до и после. Размышления и факты «

Пурим. Хроника до и после. Размышления и факты

Борис Якубович

В еврейской традиции праздник Пурим занимает особое уникальное место. «Если все книги пророков будут забыты – книга Эсфири не забудется никогда!» - вдохновенно писал Маймонид. В некоторых религиозных кругах утверждается, что Пурим столь же велик, как и тот день, когда на горе Синай народу было дано Откровение Торы.

Пурим повсеместно почитается как праздник объединения и спасения евреев от угрозы полного физического истребления – древнего Холокоста! Но для того, чтобы лучше понять и оценить драматические события тех далеких дней нужно попытаться с максимальной хронологической приближенностью восстановить предшествующую и последующую картину, создать неразрывную цепь Времени.

597 год — здесь и далее все даты относятся к события до нашего времени — первая карательная акция вавилонского царя Навуходоносора в отношении Иудеи, необдуманно примкнувшей к антивавилонской коалиции. Лично приняв капитуляцию молодого царя Иехонии, Навуходоносор переселил его в Вавилон вместе со всеми знатными мужами Иудеи, не забыв при этом прихватить с собой сокровища Храма и царского дворца. Согласно «Иудейским древностям» Иосифа Флавия, среди уведенных в плен находился и совсем еще юный , впоследствие знаменитый пророк Иезекииль.
586 год. После того, как последний иудейский царь из династии Давида Седекия, не вняв голосу разума и настоятельным предостережениям таких мудрецов, как пророк Иеремия, прекратил платить дань Вавилону, полководец Навузардан, исполняя волю Навуходоносора, разрушил и предал огню Иерусалим и Священный Храм, а значительную часть иудеев переселил в Вавилонию. Отметим эту дату, которая фактически является точкой отсчета появления на землях Месопотамии значительной еврейской диаспоры в дополнение к переселенным еще 120 лет назад ассирийцами народам «Десятиколенного Израиля».

Седекия попытался бежать, но по дороге был схвачен халдеями и доставлен к Навуходоносору. Последнее, что довелось узреть несчастному перед тем, как ему выкололи глаза, была жестокая казнь сыновей.

Наместником над оставшимся населением Иудеи Навузардан поставил некоего Годолию, человека весьма знатного рода, принадлежавшего, как и спасенный им пророк Иеремия, к провавилонской партии здравомыслящих. Мудрое правление наместника Годолии в Иудее продолжалось два месяца, однако, согласно авторитетному и общепринятому сегодня мнению историка Гретца, на самом деле длилось более 4-х лет и завершилось в конце 582 года его злодейским убийством, вызвавшим новый виток репрессий со стороны оккупационных властей.

562 – 546 г.г. Медленное угасание вавилонской державы на фоне жестокой борьбы за власть ставленников различных жреческих группировок. Появление на политическом небосклоне стремительно взошедшей звезды талантливого персидского полководца Кира, отмеченное победоносными завоевательными походами. Так, в 546 году он покоряет малоазийское государство Лидию, чей вошедший в поговорку своим несметным богатством царь Крез, только тогда осознал всю эфемерность могущества золота.

На страницах Талмуда положение иудейских изгнанников рисуется довольно мрачными красками, однако на деле, надо полагать, большинство переселенцев не так уж и бедствовало. Скорее всего люди воспользовались мудрым советом пророка Иеремии, gисавшим из Иерусалима: «…Стройте дома и живите в них, разводите сады и ешьте плоды их, берите жен и рождайте сыновей и дочерей,…заботьтесь о благосостоянии города, куда Господь поселил Вас…»

Многие евреи Вавилонии широко пользовались личной свободой и добились значительных материальных благ: имели хорошие дома, много рабов, успешно вели торговлю. Кроме того, с появлением на этой земле внушительной иудейской диаспоры можно связать возникновение в Вавилоне первых в истории банков и финансовых операций, что подтверждают и данные археологии.
539 год. Надо полагать, что к концу существования вавилонской империи положение евреев в ней заметно ухудшилось. В этих условиях из уст в уста стали передаваться рассказы о блистательном персидском полководце – покровителе неправедно гонимых и угнетенных. Широко распространялись слухи о том, что после покорения Вавилона, новый Владыка разрешит евреям вернуться на родину.
Способствовало этому и неизвестно откуда возникшее мнение о приверженности Кира зороастрийскому монотеизму – очень близкому к религии народа Израилева. Великий пророк Исайя ( точнее, Исайя II) прямо величает персидского царя Мессией. Распространенное мнение о приверженности Кира монотеизму безусловно следует признать ошибочным. Во первых, юная религия Зороастра еще не успела приобрести достаточное количество сторонников, а во вторых, истории хорошо известно преклонение Кира перед верховным богом вавилонского пантеона Бел-Мардуком.

В книге пророка Даниила, совпадающей в этой части с « Киропедией» Ксенофонта, рассказывается о драматических событиях падения Вавилона, гибели царя (на самом деле — наместника) Валтасара, не внявшего многочисленным предостережениям и беззаботно пировавшего в своем дворце, в городе, уже окруженном персидскими войсками. В сохранившихся документах этой эпохи обнаружены фрагменты хвалебной надписи персидского полководца : «… Я – Кир, правление которого угодно богам! Моя армия мирно вступила в Вавилон и я никому не позволил пугать жителей! Я принес покой в их дома и положил конец жалобам!... Я отменил иго, наложенное на них!...»

Действительно ли Исайя и благодарный за избавление еврейский народ почитал царя-освободителя Мессией (Машиахом)? Замечательный историк-гебраист Иосиф Давидович Амусин предположил, что первоначально понятие «Машиах» (помазанник) означало личность, которая по милости Ягве предназначалась на царство или в сан Перврсвященника, а свое эсхатологическое значение приобрело в значительно более поздний период.

538 год. Весной этого года вереница обозов, доверху груженых скарбом, длинной цепью растянулась по дорогам Вавилонии, направляясь в обретенную вновь Обетованную Землю. Около 42 тысяч человек, включая женщин, детей и домашнюю прислугу, после почти 50-летнего отсутствия, возвращалось на родину. Большинством из них были люди, не слишком преуспевшие на чужбине, но ехали с реди них и ревностные патриоты родной земли, для которых кровные узы с ней были сильнее любых земных благ. В то же время состоятельные евреи, многие из которых сделались собственниками крупных земельных угодий, преуспевающими торговцами и даже важными государственными чиновниками, естественно, не пожелали возвращаться в разоренное захолустье, хотя при этом, не поскупились на значительные пожертвования на восстановление Иерусалимского Храма и обустройство репатриантов.

Главой этого переселения, верховным распорядителем работ по восстановлению древней столицы, т.е. фактическим наместником своей провинции Кир назначил некоего Зоровавеля – внука пленного иудейского царя Иехонии. Новый наместник в молодости служил в вавилонской гвардии и был неоднократно отмечен за блестящие способности, находчивость и храбрость. Стараниями Зоровавеля и поставленного персами в сан Первосвященника Иешуа, переселенцы смогли приступить к долгожданному восстановлению Храма.

537 год. Уже через семь месяцев после возвращения, в весьма торжественной обстановке был открыт Алтарь будущего Храма, на том же самом месте, где находился его предшественник – жертвенник Храма Соломона.

В следующем 536 году был заложен фундамент будущего Святилища – событие, отпразднованное почти столь же пышно, как и во времена мудрейшего из царей Израиля.

Однако, приблизительно в 534 году строительство Храма приостановилось. Послужил ли виной этому ригоризм Зоровавеля и других руководителей иудейского общества, отказавшихся от помощи по восстановлению Святилища со стороны соседей-самарян? По данному вопросу историки не могут придти к единому мнению по сей день. К примеру, Гретц полагает, что самаряне, не будучи этническими евреями, могли бы умалить в глазах народа Высшую Духовность Храма.

В 530 году евреи — как возрождающейся Иудеи, так и диаспоры были охвачены глубокой печалью – в битве с кочевниками-массагетами гибнет семидесятилетний царь Кир, действительно воспринимавшийся многими, как Мессия.

Восьмилетний период правления его сына Камбиза (530 -522 г.г.) не отмечен какими-либо серьезными осложнениями в жизни евреев Иудеи и Персии, ставшей правоприемницей имперских амбиций канувшего в Лету Вавилона.

Во всяком случае, бережное отношение нового персидского царя к религиозным и культурным традициям покоренного им в те годы Египта, скорее всего свидетельствует о его в целом волне благосклонном отношении к подвластным народам. Правда, надо заметить, что завоевательные походы Камбиза требовали огромных материальных затрат и едва ли оставляли возможность для выделения средств на нужды Иерусалима. Не способствовали восстановительным работам и продолжающиеся трения вдохновителя репатриации Зоровавеля с теократической элитой. С достаточной степенью вероятности, можно предположить, что все эти годы Зоровавель жил в Иерусалиме, временами совершая поездки в Персию для, увы, безрезультатных переговоров с персидскими властями.

522 год отмечен рядом ярких событий: тут и загадочная смерть Камбиза на пути из Египта в Персию, и шестимесячное правление узурпатора Гауматы, выдававшего себя за младшего сына Кира, и приход к власти, в результате переворота, представителя боковой ветви правящей династии Ахеменидов под тронным именем Дария Первого.

Дария Гистаспа уже несомненно следует считать адептом новой монотеистической религии – зороастризма. Его знаменитая надпись, являющаяся по сути целым летописным сводом, искусно выполненная на вершине Бехистунской скалы на территории современного Ирана, начинается гордыми словами: « Говорит Дарий-царь: вот, что я совершил милостью Ахурамазды (верховного божества зороастризма — прим. авт.) после того, как стал царем…»

Успешно подавив целый ряд восстаний, где подчас его судьба висела на волоске, Дарий приступил к активным политическим реформам, устанавливающим твердый порядок в государстве, а также к развитию торговых отношений с соседними народами.

Не приходится удивляться, что новый царь, тяжело переживавший бурные волнения в провинциях и позиционировавший себя сторонником единого Бога, милостиво отнесся к иудеям. «…И от меня дается повеление в том, что вы должны содействовать старейшинам иудейским в построении Дома Божия…» — устами автора книги Ездры обращается царь к персидским воеводам.

Религиозная толерантность Дария распространялась не только на иудеев — в своих трудах Диодор Сицилийский отмечает исключительно благожелательное отношение Властилина к культуре и традициям подвластного Египта. Так, по приказу Дария был отреставрирован храм бога Птаха в Мемфисе и возведено внушительное святилище Амона в районе Фив.

Тяжелые восстановительные работы безостановочно продолжались четыре с половиной года. Наконец, в 516 году, ровно через 70 лет после разрушения Навуходоносором Храма Соломона, новое Святилище было торжественно открыто.

Вскоре после завершения строительства, приблизительно в 514 году Зоровавель был оттеснен от власти теократической партией первосвященника Иешуа, которому пророк Захария лично изготовил золотую тиару Правителя. Вскоре после этих событий Зоровавель навсегда покинул Иудею, по всей видимости, окончательно переселившись в Персию.

В стремительном возвышении Дария довольно значительную роль сыграла его супруга – дочь Кира, хитрая и вероломная Атосса, которой, благодаря редкому уму и проницательности, удалось занять во дворце исключительное положение. Ее имя открывает длинную галерею влиятельных женщин персидского двора, одной из которых впоследствие станет героиня событий Пурима — Эсфирь.

486 год. Испытав к концу жизни ряд политических и военных неудач, в частности проиграв известное сражение с греками при Марафоне, в возрасте 64 лет умирает Дарий I. Наследником державы становится старший сын Атоссы, властолюбивый Ксеркс. Иосиф Флавий с удовлетворением отмечает преемственность в благожелательном отношении нового царя к евреям, однако ошибочно приписывает времени его правления подвижническое служение народу Иудеи главных духовных деятелей послепленного периода Ездры и Неемии. Поэтому, в деятельности Ксеркса, 20 летнее правление которого отмечено знаменитыми Греко-персидскими войнами, нас более всего интересуют обстоятельства, приведшие к власти одного из героев книги « Эсфирь», его наследника Артаксеркса I.
Как свидетельствует в своих записках Ктесий Книдский – историк и придворный лекарь, в последние годы жизни Ксеркс находился под сильным влиянием начальника царской гвардии Артабана и евнуха Аспамитры.

В августе 465 года фавориты царя, возможно в союзе с его сыном и наследником Артаксерксом, ночью задушили своего Повелителя. Придя к власти, в результате дворцового переворота, новый монарх постарался сразу же отделаться от своих кровавых союзников, уничтожив не только заговорщиков, но и всю их родню. Молодой царь стал править под именем Артаксеркса Первого Макрохейра (Долгорукого), так как правая его рука была заметно длинней левой.

463 год. Преданный на родине остракизму, в Персию бежал великий государственный и военный деятель Афин, сыгравший столь значительную роль в морских победах греков над персами стратег Фемистокл. В трудах Плутарха сохранилось великолепное описание появления греческого героя в царском дворце среди враждебных и ненавидящих взглядов придворных, не без основания считавших его главным врагом персидской державы. Однако, дальновидный Артаксеркс обласкал знатного изгнанника, подарив ему в управление несколько городов.

«В третий год своего царствования он сделал пир для всех князей своих…» — автор книги «Эсфирь» скрупулезно перечисляет наиболее приближенных к царю персидских вельмож, принимавших участие в грандиозном празднестве.

В исторических документах данной эпохи перечисленные в книге имена не значатся, однако, можно предположить, что на подобном , пышном мероприятии несомненно пристуствовали такие важные сановники, как знаменитый полководец Мегабиз, женатый на сестре царя, сатрап Египта и близкий родственник монарха Аршама, хранитель царских лесов Асаф, а также, что вполне вероятно, афинский изгнанник Фемистокл. Имя царицы Астинь (у Иосифа Флавия – Вести), той самой, что осмелилась не исполнить повеление царя и не явиться на торжество, в исторических архивах также не упоминается, зато там присутствует некая царица Дамаспия.

Автор книги «Эсфирь» впрямую не говорит о разводе Артаксеркса с супругой, а лишь намекает на ее удаление из дворца. Таким образом, в знаменитом смотре-конкурсе красавиц, устроенном по велению монарха в подвластных ему землях, речь скорее всего идет не о кандидатуре новой царицы ( супругами персидских властителей обычно становились высокородные особы, кровно близкие царствующему дому), а о количественном и качественном расширении и обновлении гарема.
В этих обстоятельствах, приблизительно в 462 году на горизонте появляются главные персонажи Пурима Эсфирь и ее двоюродный брат Мардохей (у Иосифа Флавия фигурирующий как дядя).
6-й стих 2-й главы книги «Эсфирь» гласит: « Он ( Мардохей) был переселен из Иерусалима вместе с пленниками, выведенными с Иехонией – царем иудейским». В этом тексте бросается в глаза явное временное несоотвествие, так как в подобном случае Мардохею должно было быть не менее 140 лет. Немногим уступала бы ему в возрасте и «царская невеста».

Однако, даже если согласно книгам Ездры и Неемиии отождествить Мардохея с одним из руководителей репатриации времен Зоровавеля, то и тогда в описываемый период ему было бы никак не меньше 80 лет.

По большому счету, конечно, все эти частности не имеют принципиального значения, так как имя Мардохей в то время являлось, видимо, достаточно распространенным.

Что же касается непосредственно самих имен, то при их внимательном прочтении, возникают довольно интересные соображения. Своим происхождением имя Мардохей безусловно обязано центральному божеству вавилонского пантеона Мардуку, значение которого с времен правления Дария 1-го постепенно вытеснялось новой религией зороастризмом. Именно поэтому, можно смело утверждать, что имя Мардохей возникло в еврейской среде вынужденных переселенцев в Вавилон, как знак лойяльности к культурным традициям новой страны обитания. Следовательно, существует и первое, еврейское имя этого персонажа, которое Автор книги, к сожалению, не приводит. К подобному выводу несложно придти при выяснении происхождения имени Эсфирь (Эстер), которое несомненно связано с именем ассиро-вавилонской богини плодородия и плоской любви Иштар. 2-я глава книги «Эсфирь» раскрывает ее еврейское имя — Гадасса, что означает «цветок мирты».
После тщательного и придирчивого отбора, устроенного таким несомненным ценителем и знатоком женских прелестей, как придворный евнух Гегай, Эсфирь, наряду с другими «конкурсантками», прошла интимную аудиенцию царя и, «обретя благоволение в глазах его», с понятным волнением стала готовиться к своему новому блестящему будущему.

458 год. « И полюбил царь Эсфирь более всех жен… и возложил царский венец на голову ее…и сделал большой пир ради Эсфири».

Как уже говорилось выше, истинным положением прекрасной девы, успешно выдержавшей подобное испытание, мог быть только статус «первой леди» гарема, но отнюдь не царицы. Улыбку вызывают строки, из которых следует, что Эсфирь сохранила в тайне свое еврейское происхождение, чего настоятельно требовал дальновидный Мардохей. Конечно, мы понимаем, что в реальных условиях скрыть подобное от всеведающих чиновников двора было бы немыслимым и монарху сразу становилась известна вся подноготная его прекрасных одалисок.

Именно тем, что Артаксеркс по настоящему привязался к своей новой фаворитке и можно объяснить неслыханную милость, оказанную ученому писцу Ездре, который был делегирован в Иерусалим с полномочиями царского советника и богатыми дарами недавно восстановленному Храму.

«…Ты посылаешься от царя, чтобы обозреть Иудею и Иерусалим по закону Бога твоего… и чтобы доставить серебро и золото, которые царь пожертвовал Богу Израилеву…». Миссия Ездры обеспечивалась монаршим указом и давала исключительное право назначать правителей и судей по всей Иудее, а, по необходимости, заключать в тюрьму и даже карать смертью преступивших закон! По своему объему такие права несомненно соответствовали полномочиям Наместника провинции (сатрапа).

Вместе с Ездрой в путь отправились полторы тысячи специально отобранных людей, на которых новый царский наместник очевидно возлагал особые надежды в плане намеченных им реформ.
Здесь, возможно не совсем к месту, хочется сделать небольшое отступление. Дело в том, что возникающая в сознании некая незримая нить, как бы связавшая на определенном историческом этапе судьбу еврейского народа с персидскими правителями, основана не только на личностных качествах того или иного монарха, будь то мессианские чаяния в отношении Кира или благодарственные молитвы Дарию 1-му. Со времен разрушения Храма Соломона, в южной оконечности Египта, на границе с Нубией на острове, именуемом греками Элефантина, возникло еврейское поселение, сформированное, в основном, беглецами из разоренной Иудеи. Новые колонисты предложили фараону, на правах египетского гарнизона, охранять южные рубежи страны, взамен прося разрешения на строительство на острове иудейского Храма. Честно говоря, дух захватывает при мысли о том, что в еврейском Святилище Элефантины могла находиться навеки утраченная во время вавилонского вторжения Главная Святыня народа – Ковчег Завета!

После присоединения Египта к персидской империи, иудейский гарнизон Элефантины в полной мере сохранил свой статус и продолжал столь же ревностно служить новым хозяевам, в качестве эдакого «еврейского казачества».

Как видно, по целому ряду причин, персидские власти вполне могли рассчитывать на лойяльность еврейского населения, как провинции Иудея, так и диаспоры.

Возвращаясь к миссии Ездры и не вдаваясь в религиозные и морально-нравственные аспекты ее сути, надо отметить, что главным направлением его деятельности явилась не слишком успешная борьба за этническую чистоту народа. При этом безжалостно разделялись семьи, основанные на смешанных браках евреев с представителями иных наций ( язычников), что естественно принесло горе во многие дома и вызвало серьезное брожение в Иудее. Кроме того, декреты Ездры заметно ухудшили отношения евреев с соседними народами.

456 – 454 г.г. Тем временем, в персидской столице Сузы, где находилась резиденция монарха, Мардохею, пребывавшему в привилегированном положении близкого родственника фаворитки, удалось узнать о заговоре евнухов, готовивших покушение на царя. Заговорщики были повешены, а имя Мардохея занесли в специальную благодарственную книгу.

К этому моменту на политическом горизонте возникает новая, яркая личность, сыгравшая значительную роль в последующих драматических событиях, ставшая зловещим символом угрозы самого существования еврейского народа. Имя Аман не встречается в исторических документах эпохи. Согласно тексту книги «Эсфирь», ему удалось сделать стремительную карьеру, став верховным визирем персидского монарха, несмотря на свое происхождение из небольшого племени амалекитян.

Из текстов Талмуда мы узнаем, что Аман являлся потомком в 16-м поколении плененного израильским царем Саулом амалекитянского правителя Агага. Сердобольный Саул пощадил своего злосчастного коллегу, но жестокий и авторитарный пророк Самуил – главный идеолог Израиля, лично умертвил пленника. Эта душераздирающая сцена блистательно воспроизведена в драме Вольтера « Саул». Агадическое сказание пытается несколько смягчить неприятный осадок, вызванный жестокостью пророка, однако, если предположить, что в семье Амана, из поколения в поколение передавалась эта печальная история, то ригоризм в его поведении относительно евреев, становится более понятным и объяснимым.

Видимо, в тот момент, положение Эсфири, как царской фаворитки, было настолько прочным, что Мардохей, принадлежавший, кстати, к тому же колену Вениамина, что и царь Саул, стал позволять себе при встречах с всесильным министром, не только не простираться ниц, как было принято при дворе, но даже не делать приветственных поклонов. Так как подобная ситуация возникала практически ежедневно, то, исходя из принципов повсеместного ревностного чинопочитания на Востоке, можно скорее удивляться долготерпению Амана, нежели его запоздалому гневу на непочтительность Мардохея. В том случае, если этот влиятельный сановник распознал в Мардохее еврея-вениаминита, поведение Амана становится еще более понятным. « И показалось ему ничтожным наложить руку на одного Мардохея…, задумал Аман истребить всех иудеев, которые были во всем царстве Артаксеркса».

Кровавый замысел Амана, который еще надо было внушить царю, видимо, созревал постепенно. Вначале, через своих гонцов сановник возбудил многочисленных противников Ездры, как в провинции, так и за ее пределами и, судя по всему, добился отзыва престарелого наместника из Иудеи. Теперь Аману предстояло решить главную задачу: он представил монарху хорошо подготовленный доклад об «извечной злонамеренности» евреев и об исходящей от них угрозе государству. « Если царю благоугодно, то пусть будет предписано истребить их!»
Подготовленный министром указ против иудеев был скреплен царской печатью, копии его немедленно разослали по городам и областям империи. Начался страшный отсчет времени, стремительно приближающий «ночь длинных ножей».

Замысел Амана, даже при том, что ему можно найти рациональное объяснение, представляется абсолютно чудовищным, но все же хочется еще раз отметить бесцеремонное и вызывающее поведение Мардохея. Основанное на таком хрупком, эфемерном моменте, как сиюминутное возвышение его воспитанницы, такое поведение, не желающее считаться с возможными негативными последствиями, безусловно представляется недопустимым и провокационным.

То, что Мардохей, будучи не самым информированным человеком в столице, узнает об указе раньше Эсфири и даже имеет возможность снять с него копию, лишь подтверждает прежний вывод о не самом высоком статусе его сестры при персидском дворе. Отчаяние Мардохея, мгновенно оценившего весь ужас создавшегося положения, к чему вероятно примешивалось и ощущение собственной вины, заставило его принять единственно верное в данной ситуации решение. Через доверенного евнуха он связывается с сестрой и жестко настаивает на том, чтобы она немедленно обратилась к царю.

«Если ты промолчишь в это время, то свобода и избавление придет для иудеев из другого места». Эти слова Автора книги «Эсфирь» представляют чрезвычайный интерес: на чью помощь, помимо помощи своей родственницы, полагается Мардохей? На Божью? Но почему тогда он не говорит об этом прямо, а предпочитает выражаться столь туманно и загадочно? Во всяком случае, даже Иосиф Флавий решил уклониться от анализа этой ситуации, тщательно обойдя молчанием таинственную фразу Мардохея. А что же в действительности? Быть может Мардохей рассчитывает на содействие некой законспирированной влиятельной особы? Или это намек на то, что он воспользуется услугами другой фаворитки царя, которая окажется проворней и сговорчивей колеблющейся Эсфири?

Подобное предположение может иметь под собой некоторое основание, во всяком случае Эсфирь, после тяжелых сомнений, все же решилась припасть к ногам Повелителя, не будучи приглашенной им. Надо заметить, что это действительно являлось Поступком, так при дворах восточных монархов такое самоуправство могло караться смертью. Кроме того, она отдавала себе отчет в том, что коли начнется повсеместное истребление евреев – ей все равно не уцелеть!
И все же прошло целых три мучительных, молитвенных дня, прежде чем Эсфирь появилась в покоях монарха, для чего ей несомненно пришлось заручиться поддержкой начальника царской охраны. Благодарение Богу, жертвенная миссия Эсфири оказалась не напрасной! Грозная, поначалу, реакция Артаксеркса, не ожидавшего подобной дерзости от наложницы, сменилась милостью и лаской, едва он увидел возлюбленную, лишившуюся чувств от его царственного гнева. Ощущая всю тяжесть лежащей на ней ответственности, прекрасно понимая к каким необратимым последствиям может привести даже малейшая оплошность, Эсфирь этим вечером продумала свое поведение расчетливо и дальновидно.

«…Она оделась по царски, сделавшись великолепною,…на одну служанку опиралась, другая следовала за ней, поддерживая одеяние ее,…лицо ее было исполнено любви…». Трудно отыскать слова, дабы превзойти яркое описание нашей героини, сделанное изящным пером автора книги «Эсфирь».

Кроме того, несмотря на безотлагательность важнейшего разговора, следуя одному лишь женскому наитию, Эсфирь предпочла перенести встречу на следующий день, пригласив государя и верховного визиря Амана для беседы в свои собственные покои. Теперь всего несколько часов оставалось до развязки может быть самого драматического момента в истории еврейского народа!

Как же вели себя в эти часы люди, чьи не только поступки, но даже мысли могли склонить чашу весов в сторону Жизни или Смерти.

«Увидел Аман Мардохея у ворот царских и тот не встал и с места не тронулся перед ним». Неужели Мардохей оказался настолько проницателен, что уже предвкушал благополучный исход? Или упрямство и самомнение этого человека превосходило все мыслимые пределы? Во всяком случае, не иначе как Божьим провидением можно объяснить бессонницу Артаксеркса в ту ночь и его счастливую находку дворцовой книги с успевшей позабыться записью, свидетельствующей о раскрытии Мардохеем заговора евнухов!

Наутро, с великолепной, истинно царской непоследовательностью, монарх велит Аману чествовать Мардохея. Столь отменно начавшийся день завершился званым ужином в покоях Эсфири, причем настроение пирующих уже разительно отличалось от того, что было накануне.

Когда думаешь об этом вечере, перед глазами возникает наполненное огромным эмоциональным накалом полотно великого голландского живописца Рембрандта «Артаксеркс, Аман и Эсфирь». Мы видим изящную, хрупкую, будто воздушную юную женщину, только что завершившую свой обличительный рассказ, видим яростно сжимающего скипетр царя и жалкую, раздавленную фигуру Амана. Облик Эсфири излучает искренность, благородство и чистоту, монарх исполнен высокомерия и величия, а вид Амана символизирует обреченность и поражение.

Свою роль Эсфирь исполнила с величайшим искусством: здесь присутствовало и умелое обольщение и убедительные доводы и даже подлинная театрально-мелодраматическая сцена, где она тонко и расчетливо приурочила уничижение припавшего к ее ногам, молящего о пощаде Амана к появлению ревнивого Властилина, оценившего все увиденное, как покушение на честь любимой женщины. В глазах ослепленного яростью монарха, поведение сановника стало последней каплей, переполнившей чашу державного терпения. Тем же вечером, по приказу царя главный враг иудеев был повешен на том самом высоком дереве, которое он днем ранее уже успел облюбовать для Мардохея.

«Перстень свой царь отдал Мардохею, Эсфирь же поставила Мардохея смотрителем над домом Амана». Да уж, лучшего «смотрителя» придумать было трудно! Мардохей немедленно готовит указ, сущность которого, почти дословно повторяет страшный документ Амана, с той только разницей, что роли в нем кардинально поменялись местами. Беспринципный Артаксеркс, чья благосклонность, подобно маятнику, раскачивалась в зависимости от сиюминутного настроения, может быть оправдан в своем поведении лишь статусом эдакого «небожителя», столь высоко вознесенного над толпой, что ему, право, незачем вникать в дрязги и интриги подданных.

Поднявший меч Аман был этим же мечом и сражен. Посланцы Мардохея, предъявлявшие царский «мандат», жестоко расправлялись с теми, кому ранее Аман поручил избиение иудеев. Не вдаваясь в этическую оценку данных событий, надо заметить, что ситуация оказалась, мягко говоря, не совсем адекватной. Выражаясь юридическим языком, предел необходимой обороны был заметно превышен. Приводимое в 9-й главе книги «Эсфирь» подробное описание акций возмездия, оставляет тяжелое впечатление и лишь отсутствие в исторических анналах каких-либо упоминаний об этих событиях, несколько скрашивает положение.

Никоим образом не обременяя себя апологией Амана, хочется сказать о том, что в нравственном отношении Мардохей выглядит ничуть не лучше своего врага, однако, принимая во внимание его огромную историческую заслугу перед еврейским народом, приходишь к выводу, что подобный триумф можно принять из рук даже такого не слишком чистоплотного человека, как Мардохей.
Так появился один из наиболее любимых и почитаемых в народе праздников «Пурим», именуемый иногда «еврейской масленицей». Подобное название возникло, видимо, в связи с тем, что как в том, так и в другом празднестве веселье льется рекой и даже некоторые ритуалы перекликаются между собой: язычники сжигают чучело Масленицы, а евреи поедают выпечку, именуемую «ухо Амана».
После 454 года. Чтобы завершить исторический обзор событий, связанных с возникновением Пурима, придется остановиться еще на некоторых моментах. Для этого потребуется осторожно проскользнуть между Сциллой библейских текстов и Харибдой исторических фактов.

Итак, Мардохей, установивший празднование Дня Избавления, сменил злополучного Амана на посту высшего царского советника. Косвенным подтверждением того, что в эти годы Артаксеркс был весьма благожелательно настроен к евреям, является миссия придворного виночерпия иудея Неемии в Иерусалиме, где он успешно продолжил реформы, начатые, но не доведенные до конца Ездрой.
В своей деятельности Неемия выглядел намного более гибким и дипломатичным, нежели его предшественник и, по сути, сумел разрешить все основные сложные проблемы: восстановил разрушенные стены Иерусалима, поумерил аппетиты ростовщиков и постепенно свел на нет количество смешанных браков в Иудее.

О последних годах правления Артаксеркса I Макрохейра, в исторических источниках известно не слишком много. Не совсем ясно, кто в эти годы направлял внешнюю политику Персии, однако переговоры о заключении долгожданного мира с греками осуществлял очень близкий царю сановник, известный военачальник Мегабиз, подписавший мирный договор в 449 году.

В 431 году персидской дипломатии удалось столкнуть лбами ведущие греческие полисы Афины и Спарту в знаменитой Пелопонесской войне, что позволило Артаксерксу наблюдать издали за схваткой врагов, попеременно поддерживая ту или иную стороны и получая от этого немалые доходы.

На основании исключительно косвенных признаков, следует полагать, что позиция царя по отношению к иудеям так и не претерпела особых изменений. На смену выполнившему свою миссию Неемии, наместником провинции был назначен Багой, который, несмотря на персидское имя, скорее всего, был евреем.

Ну, а можно ли сделать вывод о том, что Эсфирь смогла сохранить известное влияние при дворе? В исторических архивах упоминается некая фаворитка царя, безлично именуемая «вавилонской наложницей». Если учесть, что Эсфирь вместе со своим знаменитым братом прибыли в Сузы, скорее всего, из Вавилона, где проживала основная масса еврейской диаспоры, то можно осторожно предположить, что речь идет об одном и том же лице.

Кроме того, известно, что своего незаконнорожденного сына от «вавилонской наложницы» Оха, Артаксеркс поставил на высокую должность сатрапа одной из восточноиранских провинций Гиркании.

424 год. В том году, в один и тот же день (?!) скончались правивший более 40 лет Артаксеркс I и его супруга, царица Дамаспия. После недолгой борьбы за власть на престоле воцарился сатрап Гиркании Ох, принявший тронное имя Дарий II, и бывший, возможно, галахическим евреем, так как существует большая вероятность, что он был сыном Эсфири.

Как же жили в период правления этого человека евреи персидского государства? До нас дошел любопытный документ, написанный на арамейском языке. В нем приводится указ Дария II, относящийся к 479 году, в котором царь предписывает жителям иудейской колонии острова Элефантина с 15 по 21 число месяца Нисана отмечать «праздник мацы» (т.е. Песах). Не подлежит сомнению, что данный указ в равной степени относился ко всему еврейскому населению персидской державы.

Еще один интересный эпизод относится к 410 году. В своем донесении наместнику Иудеи Багою колонисты Элефантины жалуются на погромщиков, разрушивших местный Храм Ягве. Однако, как наместник Багой, так и Первосвященник оставили эту жалобу без внимания, так как по Закону, духовной легитимностью обладал только один Храм в Иерусалиме. Было ли идентичное ходатайство направлено Дарию и какова дальнейшая судьба элефантинского святилища не известно.
Подводя итоги нашим рассуждениям, основанным на некоем полифоническом созвучии фактов истории, сказаний Священного Писания, метафизических концепций мироздания, хочется заметить, что конечной целью подобных рассуждений является, если не обретение истины, что представляется весьма самонадеянным, то хотя бы видимое приближение к ней.

Если воссоздание исторических реалий не представляется до конца возможным, то это вовсе не означает отказа от путей и средств поиска правды.

Бережно и осторожно продвигаясь в этом направлении, не претендуя на исключительность тех или иных воззрений, мы постепенно восстанавливаем в нашем историческом сознании яркую картину далеких событий, которые так дороги нашей генетической памяти.



Купить гантели и гири в интернет магазине www.sport78.ru. . ооо технология отзывы сотрудников . винсент недвижимость сочи отзывы
Главная страница Написать письмо Поиск
Jig.ru является расширенной версией «МЕГ». Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора. Материалы сайта могут перепечатываться без письменного согласования с редакцией, но с обязательной гиперссылкой на главную страницу сайта.