Поэзия прозы Ихила Шрайбмана

Эдуард Шрайбман

Два года назад, 9 декабря 2005г., в Кишиневе скончался один из последних классиков, писавших на идиш, лауреат литературных премий Швеции, Америки и Израиля Ихил Шрайбман. Его сын, Эдуард Шрайбман, концертирующий скрипач и педагог, уже 7 лет живет в Майями. В канун годовщины Эдуард предложил короткие эссе-воспоминания об отце.

Мой отец, писатель Ихил Шрайбман, будучи прозаиком, на жизнь смотрел глазами поэта. Даже в трудные времена, вздыхая и страдая, он постоянно искал и находил в реальной жизни элементы прекрасного и возвышенного. В своем творчестве он не «лакировал» действительность, а окрашивал ее духом романтики, одевая в поэтический стиль.

«Вот это - поэзия», - говорил отец, описывая мягко падающий снег и веселых мальчишек, катающихся и падающих на сделанном ими на тротуаре катке. «А это уже - проза», - описывал он дворника, посыпающего песком этот тротуар, чтобы люди не падали. А как прекрасен ребенок из детского сада в новелле «Поэт», который мечтает стать сапожником, чтобы создавать удивительные по красоте сказочные туфли. И, конечно, в миниатюре «Поэзия», венцом поэтического творения Вс-вышнего является и небо, и земля, и утро, и вечер... и счастье.

Вспоминая эти штрихи из творчества и биографии отца, его миниатюры о прозе и поэзии, я и сам решил написать на эту тему несколько невыдуманных историй из его жизни.



Колодец

Как-то поспорили между собой Михаил Светлов и Ихил Шрайбман о молдавском писателе М.

- Это не поэт, - возмущался Светлов, - он бездарен.

- А я с вами не согласен, - возражал Шрайбман, - нельзя так резко.

- С примитивностью надо резко, - не успокаивался Светлов.

- Но, позвольте, прочтите еще раз внимательнее его стихи, - продолжал Шрайбман, - и вы увидите, что он - глубокий человек.

- А-а-а! - махнул рукой Светлов, - колодец тоже глубокий.

- Вот именно! - обрадовался Шрайбман, - Вода... колодец... глубокий... Как это поэтично!


Багаж

Это было в Ялте. Мы стояли у входа в Дом творчества писателей. Вдруг подъехало такси.

- Это Маршак приехал, - сказал кто-то.

Наступила тишина. Все перестали разговаривать и наблюдали, как из машины вышел пожилой человек, как направлялся он к Дому творчества. Маршак шел не спеша, и, заметив меня, подошел ко мне. Я тогда уже учился в музыкальной школе, читал и знал его произведения.

- Здравствуйте! - сказал Маршак и протянул мне руку, - Вы поэт или прозаик? - спросил он.

- Я - сын прозаика, - смело ответил я.

- Ну, значит, поэт, - улыбнулся Маршак. - А чем вы занимаетесь?

- Я учусь в музыкальной школе и играю на скрипке.

- Ну, я же говорил, что вы - поэт. А откуда вы?

- Я из Молдавии.

-Ну, тогда, безусловно - поэт!

Вечером мы с отцом собрались у Маршака. Отец много говорил с Маршаком о еврейской литературе, о проблемах идиша, о детской литературе, которая не может не быть поэтической. Я получил в подарок от Маршака его книгу «Багаж» с дарственной надписью. Помню, Маршаку трудно было говорить тогда. Он много кашлял, но разговор был все равно интересный. Прощаясь, отец сказал ему, «Я с вами полностью согласен».


Коммунизм

Прозаик Ихил Шрайбман и поэт Андрей Стрымбану, сидя за бутылкой молдавского вина, рассуждали о коммунизме.

- Лично я, - говорил Шрайбман, - верю, что коммунизм будет!

- Чепуха! - возражал Стрымбану, - этого не может быть!

- А я, - продолжал Шрайбман, - верю. Я верю в гуманизм, в людей, верю в любовь, доброту, верю, что люди будут хорошими, они будут одинаково прекрасными.

- Чепуха, - не соглашался Стрымбану. - Именно, различие людей, борьба между ними, конкуренция и являются двигателем прогресса. А ты, Шрайбман, романтик. Не случайно тебя считают мастером поэтической прозы.

Прошли годы, и советский режим рухнул.

Коллеги по перу снова встретились.

- Сегодня угощаю я, - сказал Шрайбман Стрымбану, - ты оказался прав - коммунизма не будет! Но, знаешь, споря тогда с тобою, я как прозаик прекрасно знал, что реальность победит, что коммунизм - это утопия! Но… я дразнил тебя. А вот как поэт, я в душе верил в прекрасное, и... сам красиво себя обманывал.


Спасибо за память

Письмо в редакцию

С большим волнением и удовлетворением я узнал о постановлении Молдавского правительства за номером 1195 от 5 ноября 2007 года, согласно которому было принято решение об установлении бюста еврейскому писателю, лауреату международных премий Швеции, США, Израиля, Молдовы Ихилу Шрайбману, и выделении прилегающей к памятнику территории в 17 соток, на которой, возможно, будет расположен парк и музей писателя. Монумент намечено установить в центре пос. Ваду-луй-Рашков на родине Ихила Шрайбмана

Мне, как сыну писателя, хочется лично от себя, от имени евреев Молдовы, а также от всего еврейского мира, выразить огромную благодарность правительству Молдовы, парламенту Молдовы, Министерству Культуры Молдовы, Академии наук Молдовы, Союзу писателей Молдовы, еврейским ассоциациям Молдовы, которые единогласно поддержали эту инициативу и беспрепятственно приняли это решение. Этот факт говорит не только об их признании творчества еврейского классика Ихила Шрайбмана, но и об уважительном отношении Молдовы ко всей еврейской мировой культуре.

Сын писателя Эдуард Шрайбман