Главная страница Написать нам письмо Поиск по сайту


   »  Главная страница
   »  В мире
   »  Россия
   »  Ближний Восток
   »  Мнение
   »  Экономика
   »  Медицина
   »  Культура
   »  История
   »  Право
   »  Религия
   »  Еврейская улица
   »  Разное
   »  English


Подписка  «   


Архив Россия: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37
Архив Новости: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 39, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48
Архив Ближний Восток: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22
Архив В Мире: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20
Архив Мнение: 1, 2, 3, 4, 5, 6
Архив Еврейская улица: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37
Архив Ксенофобия: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7
Архив Культура: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10
Антитеррор, Спецкорры МЕГ





  Трагедия на олимпиаде в Мюнхене «

Трагедия на олимпиаде в Мюнхене

Чем закончилась эта трагическая история, знают многие. И все же человеческой памяти свойственно забывать подробности и детали. Эти события относятся к разряду тех, которые не должны быть забыты никогда. Именно поэтому я и решил рассказать о них так, как будто бы они произошли совсем недавно. При этом мне удалось получить доступ к ранее закрытой информации и попытаться воссоздать события 25-летней давности в хронологической последовательности с некоторыми неизвестными ранее подробностями.


Мюнхенская трагедия
и oперация Возмездие

5 сентября 1972 года, на ХХ Олимпиаде в Мюнхене произошла самая чудовищная трагедия за всю историю спортивных состязаний.

В 3:30 утра в один из домов Олимпийской деревни, расположенном на Конноли-штрассе 31, ворвались 8 вооруженных до зубов террористов, принадлежавших к боевой группе Организации Освобождения Палести-ны (ООП) "Черный сентябрь". Им удалось захватить в заложники 11 членов израильской спортивной деле-гации.

Вскоре были выдвинуты требования - немедленное освобождение 234 террористов из израильских тюрем и 16 - из тюрем Западной Европы. Среди террористов, включенных в список были и две "звезды" – немцы Андреас Баадер и Ульрика Майнхофф, чьими именами - "Баадер-Майнхофф" - была названа печально известная банда головорезов. Переговоры продолжались около 20 часов и закончились лишь тогда, когда террористам было обещано выполнить их условия. В начале одиннадцатого микроавтобус фирмы "Фольксваген" доставил террористов и заложников к двум вертолетам. Еще через 20 минут вертолеты, рассекая пропеллерами ночную тьму, поднялись в воздух. Они направлялись к военному аэродрому Фюрстенфелдбрюке, где находился готовый к вылету Боинг-727.

* * *

Мюнхен, Олимпийская деревня,
Конноли-штрассе 31.

5 сентября, 1972 года.

3:30 утра. Работники мюнхенской почты, обслуживающие Олимпийскую деревню замечают странных людей, одетых в тренировочные костюмы с рюкзаками за спиной. Они, постоянно оглядываясь по сторонам, перелезают через ограду. "Подвыпившие спортсмены, - думают рабочие. - Боятся, как бы их не заметил тренер". Охрана Олимпийской деревни не замечает террористов.

3:45. Перебравшись через металлическую сетку, огораживающую общежитие спортсменов, террористы распаковывают оружие и входят в подъезд №1 дома 31 по Конноли-штрассе. Спустя несколько секунд они настойчиво стучат в дверь комнаты, в которой находится израильский судья по классической борьбе Йо-сеф Гутфрейнд. Гутфрейнд славится своим богатырским телосложением и силой Геракла. Увидев подозрительных людей, он всем телом наваливается на дверь и на какие-то секунды задерживает террористов. Перед тем как головорезам все-таки удается ворваться в комнату, Гутфрейнд криком предупреждает товарищей по команде об опасности. Однако никто из них не успевает среагировать. Израильские спортсмены - штангисты Зеэв Фридман и Йосеф Романо, тренер по стрельбе Кехет Шор, тренер по фехтованию Андрэ Шпицер, тренер по легкой атлетике Амицур Шапиро, тренер по борьбе Моше Вайнберг и судья по тяжелой атлетике Яаков Шпрингер - вынуждены подчиниться вооруженным до зубов террористам.

4:30. Глава израильской делегации Шмуэль Лалкин, находившийся в комнате подъезда №5, услышав автоматную очередь, вскакивает с постели. Осторожно выглянув в окно и, не заметив ничего подозрительного, снова ложится спать.

4:40. Вновь раздается звук выстрелов. Лалкин замечает двух полицейских, стоящих на улице. Они объясняют ему, что семь или восемь террористов ворвались в Олимпийскую деревню и захватили в заложники израильских спортсменов.

4:50. Лалкин, единственный из израильтян, у кого в комнате есть телефон, связывается с журналистами и сообщает им о случившемся. Он также связывается с руководством спорткомитета в Израиле.

5:10. Западногерманская полиция начинает первые переговоры с террористами.

5:15. В Олимпийскую деревню к дому 31 по Конноли-штрассе прибывают первые журналисты.

6:00. Один из террористов приказывает Моше Вайнбергу показать комнаты, в которых живут остальные израильтяне (в некоторых из них также находятся спортсмены из Уругвая и Гонконга). Вайнберг отказывается, и террорист выпускает в него очередь из "Калашникова". Раненный в бедро спортсмен не указывает террористам на подъезд №2, в котором тоже живут израильтяне. Тем самым он спасает жизнь стрелкам Зелигу Штроху и Генри Гершковичу, фехтовальщикам Иегуде Вайнштейну и Дану Алону, мастеру по спортивной ходьбе доктору Шаулю Ладани и пловцу Аврааму Мельмеру. Истекающий кровью Вайнберг решает привести бандитов к комнате в подъезде №3, в которой находятся израильские борцы и штангисты. По всей вероятности, Вайнберг полагает, что хорошо натренированные атлеты смогут обезоружить террористов. Этого, увы, не происходит. Палестинцы, угрожая оружием, захватывают еще четырех заложников: борцов Гади Цабари, Элиэзера Халфина, Марка Славина и штангиста Давида Бергера. Таким образом, в плену у террористов оказалось 12 израильтян. Головорезы приказывают спортсменам спуститься на первый этаж. Когда они выводят пленников, Гади Цабари, перепрыгнув через 10 ступенек, со всех ног бросается в противоположную сторону от одиноко горящего фонаря. Бандиты открывают огонь. К счастью для Цабари, ему удается скрыться. Воспользовавшийся этим замешательством раненный в бедро Моше Вайнберг наносит сильнейший удар одному из террористов. Тот теряет сознание, однако другой террорист в упор стреляет в израильтянина.

6:10. В Олимпийской деревне к Шмуэлю Лалкину присоединяется глава оргкомитета мюнхенской Олимпиады Вальтер Тернер. Он предоставляет в распоряжения израильтянина открытую телефонную линию с Иерусалимом. В течение всего времени переговоров Лалкин находится в постоянной связи с премьер-министром Израиля Голдой Меир, министром обороны Моше Даяном и министром транспортного сообщения Шимоном Пересом.

6:30. При первой же возможности тяжело раненный Моше Вайнберг снова вступает в схватку с террористами. Одного из них он ударяет кухонным ножом по руке. Оторопевшие от вида окровавленного гиганта головорезы приходят в секундное замешательство. Увы, через несколько секунд, сраженный выстрелом в голову, Моше Вайнберг падает замертво. Приблизительно в это же время погибает и штангист Йосеф Романо.

7:00. Террористы выбрасывают тело Моше Вайнберга на улицу, для того, чтобы "мир воочию убедился в серьезности их намерений". К Лалкину присоединяется врач израильской команды доктор Вигель и тренер по тяжелой атлетике Тувия Соколовский, который, услышав шум, выпрыгнул из окна и сумел добраться до подъезда, в котором жили спортсмены из Южной Кореи.

7:15. Террористы предъявляют ультиматум, изложенный на мятом листке бумаги, выброшенном из окна. Они поименно вспоминают всех "борцов за свободу", находящихся в тюрьмах, которых "следует немедленно освободить и отправить в одну из арабских стран". Тем временем, в Израиле и в Западной Германии проходят экстренные заседания правительств. В переговоры с террористами вступают государственные и общественные деятели ФРГ, представители международных организаций и члены Олимпийского оргкомитета.
Посол Израиля в Бонне Элиша Бен-Хурин прибывает в Мюнхен на специальном военном вертолете, предоставленным ему ВВС Западной Германии.

17:15. Только в это время окончательно устанавливают, что кроме Моше Вайнберга убит Йосеф Романо, а не Йосеф Гутфрейнд, как считали раньше. Первым об этом узнает израильский консул в Мюнхене, получивший это известие от немецкого полицейского, ведущего переговоры с террористами. (Тело Йосефа Романо с ножом в спине и двумя пулевыми ранениями в области живота было обнаружено поздно ночью в одном из подсобных помещений военного аэропорта Фюрстенфелдбрюке.)

20:10. К зданию, где находятся захваченные израильские спортсмены, привозят еду. По телевидению выступает канцлер Западной Германии Вилли Брандт. Осудив действия террористов, он все же высказывает надежду на благополучное решение инцидента. Брандт также отвергает требование Израиля о прекращении Олимпийских игр. По его словам, закрытие Олимпиады будет означать победу терроризма.

Переговоры с террористами затянулись до девяти часов вечера.

21:05. Три вертолета пограничных войск ФРГ приземляются на поляне Олимпийской деревни. Возглавляющий группу по переговорам министр внутренних дел Западной Германии доктор Ганс Дитрих Геншер в сопровождении главаря террористов, облаченного в элегантный бежевый костюм, арабскую куфию и с вымазанным черной краской лицом, выходит из здания, в котором содержатся заложники. Террорист тщательно осматривает окрестности дома. Удостоверившись в том, что все идет в соответствии с намеченным им планом, он прощается с Геншером и возвращается в здание.

21:50. По направлению к Олимпийской деревне нап-равляются пожарные машины, бронетранспортеры, подразделение немецких командос и вооруженные наряды полиции.

22:00. Военный автобус останавливается напротив одного из вертолетов, в который двое террористов за-водят Фридмана, Халфина, Бергера и Шпрингера. Че-рез несколько секунд вертолет поднимается в воздух. Вслед за ним взлетает второй вертолет с тремя терро-ристами на борту. В третьем вертолете в сопровожде-нии трех головорезов находятся Славин, Гутфрейнд, Шор, Шпицер и Шапиро. Только сейчас становится яс-но, что террористов восемь, а не пять, как предпола-галось ранее.
22:17. Последний - третий вертолет - покидает Олим-пийскую деревню по направлению к военному аэрод-рому Фюрстенфелдбрюке.

Тем временем в пресс-центре появилась информация о том, что все восемь террористов ликвидированы. Затем кто-то сообщил, что один из палестинцев покончил жизнь самоубийством, троих убили, а четверым удалось скрыться. В Израиль было передано об удачном освобождении заложников. Об этом даже сообщили в специальном выпуске новостей. Кто являлся источником этой дезинформации, неизвестно до сих пор.

23:07. Все три вертолета благополучно приземлились в 150 метрах от готового к полету Боинга-727. Пятеро террористов спустились с трапа и осторожно осмотрелись по сторонам. Еще по одному головорезу осталось в каждом из вертолетов. Снайперы, засевшие на крыше здания аэропорта, открывают огонь. Это полностью противоречит плану операции, согласно которому стрельбу нужно было начинать только тогда, когда все пассажиры вертолетов - и заложники, и террористы - выйдут на взлетную полосу. Через несколько секунд после выстрелов полностью выключают освещение. Когда прожекторы зажигаются вновь, выясняется, что снайперы убили только двух террористов...
По невыясненным до сих пор причинам западногерманские власти категорически отказали израильтянам в просьбе разрешить им принять участие в операции по спасению заложников.

23:15. Оставшиеся в живых головорезы открывают беспорядочную стрельбу. Один из террористов в упор расстреливает четверых заложников; другой бросает в вертолет, в котором находятся еще пятеро спортсменов, ручную гранату. Раздается взрыв. В течение нескольких секунд полностью сгорают обломки вертолета.

6 сентября

02:00. Тела всех одиннадцати погибших спортсменов подготовлены к отправке в Израиль. В ходе неудачной операции также погибли двое граждан ФРГ: полицейский и пилот одного из вертолетов.

15:00. В Израиле проходят похороны убитых спортсменов. В траурной церемонии, кроме родственников погибших, принимают глава правительства Голда Меир, все министры, депутаты Кнессета, члены спортивной делегации, покинувшие Олимпиаду, тысячи граждан Израиля. В стране объявлен национальный траур...


Операция "ВОЗМЕЗДИЕ"
Продолжение Мюнхенских событий


"Ни вы, ни народ Израиля, не может знать сколько евреев и израильтян остались в живых благодаря нашим возможностям предотвратить новые трагедии и чудовищные акции, запланированные террористами".
Премьер-министр Израиля Голда Меир. Июль, 1973. Выступление перед сионистской общиной Северной Америки.

После того как останки 10 израильских спортсменов были отправлены в Израиль, а тело Давида Бергера - в Кливленд, где жили его родители, а Олимпийские игры были возобновлены, диктатор Ливии Муамар Каддафи выступил с угрозами в адрес западногерманских властей. Он потребовал немедленной выдачи трупов четырех террористов, убитых в ходе неудачной акции по освобождению заложников.

В это же время премьер-министр Израиля Голда Меир связалась с немецким канцлером. Она настаивала на выдаче Абдель Хаира Аль Днауи, Самира Мухаммеда Абдаллы и Ибрагима Масуда Бадрана - трех убийц, принявших участие в Олимпийской трагедии. Дабы не подвергать опасности жизнь других спортсменов, канцлер Вилли Брандт согласился на условия бесноватого полковника. Видимо, по той же самой причине Израилю было отказано во вполне законной просьбе.

В Ливии четыре гроба поместили в центральную мечеть Триполи. Ливийские средства массовой информации раструбили на весь арабский мир о пышных похоронах "героев палестинского народа, погибших от рук проклятых сионистов и их империалистических пособников". После того как тела четырех головорезов были преданы земле, в семи крупных городах Ливии прозвучал залп орудий. Их похоронили с оказанием всех воинских почестей. Так, впрочем, и должно было быть - ведь какой командир (полковник Каддафи) - таковы и солдаты.

Проявив слабость, правительство ФРГ попало в ловко расставленную ловушку. Теперь не только террористы, но и весь мир понимал, что немецкие власти пойдут на любые уступки ради того, чтобы любой ценой поскорее отмежеваться от мюнхенского позора. И действительно, последствий не пришлось ждать долго. Спустя семь недель после убийства израильских спортсменов двое палестинцев, члены организации "Черный сентябрь", угнали самолет западногерманской авиакомпании "Люфтганза", следующий 615-м рейсом по маршруту Дамаск-Франкфурт. Получив пристанище в стране Муамара Каддафи, воздушные пираты предъявили требования.
Естественно, что после событий на Олимпийских играх немецкие власти даже не обсуждали возможность проведения боевой операции. Через двое суток трое террористов, находившихся в Мюнхенской тюрьме, под усиленным конвоем были доставлены в Загреб, откуда они вылетели в Триполи.
Нет смысла объяснять, что их встреча была такой же торжественной, как и похороны их коллег по кровавому "Черному сентябрю".
Об их дальнейшей судьбе ничего неизвестно...

* * *

Сразу после олимпийской трагедии премьер-министр Израиля Голда Меир выступила с заявлением, не только осуждающим чудовищную акцию, но и дающим понять всему миру, что Израиль никогда не забудет кровавый мюнхенский вторник. Высказывания Голды Меир не были голословными. Практически сразу после мюнхенской резни Израильская служба безопасности - МОСАД по личному указанию премьер-министра занялась подготовкой акции возмездия. Для этой це-ли было сформировано три или четыре ударные группы. В каждую из таких групп обязательно входили офицеры, служившие в отборных частях Армии обороны Израиля (ЦАХАЛа) и прошедшие специальную подготовку в МОСАДе.

Служба безопасности составила список, в который были включены 11 террористов. Все они имели непосредственное отношение к гибели израильских спортсменов.

Первым в списке стояло имя Али Хасана Саламэ, вдохновителя и одного из руководителей кровавого акта.

Вслед за ним был указан Абу Дауд, который вместе с Саламэ осуществлял контроль за этой чудовищной акцией.

Третьим в списке фигурировал Махмуд Хамшари, пресс-секретарь ООП, ответственный за все международные связи "Черного сентября" с другими террористическими организациями.

Четвертым был Вайель Звайтер - палестинский поэт, осуществивший доставку оружия в Мюнхен.

За ним следовал Базиль Аль-Кубаиси - юрист, который так же как Звайтер, занимался доставкой оружия ударным отрядам "Черного сентября".
Под номером шесть значился Камаль Насер – официальный представитель "Черного сентября", ответственный за пропаганду и общественные связи.
Кемаль Адван (№7) занимался планированием мюнхенской операции и также являлся куратором всех террактов, проводимых на территории Израиля.
Под восьмым номером шел Махмуд Юсуф Наджир, известный также под именем Абу Юсуф. Он осуществлял связь между "Черным сентябрем" и другим боевым отделение ООП "Аль-Фатхом".
Девятым числился алжирский араб Мухаммед Будиа. Он жил в Париже и был известен как режиссер, актер и большой поклонник женского пола. Однако, кроме этого, он был ответственным за проведение всех террактов в Западной Европе.
Номер десять был присвоен Хусейну Абаду-аль-Ширу. Он был хорошо известен в странах Восточной и Западной Европы как связной "Черного сентября" и "Аль-Фатха" с КГБ и с разведками других стран-сателлитов.
Последним в списке значился доктор Вади Хадад, один из теоретиков терроризма. В организации Народный фронт ООП он занимал второе после Джорджа Хабаша место и лично участвовал в разработке мюнхенской резни. Время выполнения операции не оговаривалось. Приговор был окончательным и обжалованию не подлежал. Его следовало привести в исполнение, даже если для достижения этой цели нужно будет потратить многие годы.
При этом категорически запрещалось ставить под угрозу жизнь других людей, родственников, жен, детей террористов. Это было единственным и обязательным условием при выполнении операции "Возмездие".

РИМ И ПАРИЖ

Перед началом операции каждый ее участник, входящий в одну из групп, должен был подписать документ о добровольном увольнении из MOСАДа. Вслед за этим с ним заключали контракт о выполнение специального задания. Это было сделано для того, чтобы в случае ареста никого не смогли бы уличить в работе на службу безопасности Израиля и, тем самым, обвинить еврейское государство в нарушении международного права. Получалось, что участники операции действовали самостоятельно и формально не имели никакого отношения к государству Израиль.
Одной из таких групп руководил офицер отборных частей при Генеральном штабе Израиля - Авнер. С ним вместе в выполнении задания принимали участие Карл - уничтожение улик исполнения приговора, Роберт - специалист по оружию и взрывчатым веществам, Стив - профессиональный гонщик и автомеханик и Ганс - фотохудожник, специалист по каллиграфии и изготовлению документов.
Естественно, что порядковый номер каждого террориста указывал на его значимость и долю вины за гибель спортсменов. Выяснение их местонахождения и ликвидация должна была осуществляться по мере возможности.

Первым, кого обнаружила группа Авнера, был Вайель Звайтер. Он жил в центре Рима и не предпринимал особых попыток скрыться. Не многие знали, что бедный палестинский поэт является одним из самых опасных террористов Западной Европы и представителем "Черного сентября" в Риме.
16 октября 1972 года, всего через пять с половиной недель после Мюнхенских событий, он в был застрелен в подъезде дома, в котором жил.

Спустя неполных два месяца группа Авнера вышла на след Махмуда Хамшари, который вместе с женой и дочкой поселился в Париже. В отличии от Звайтера, он не скрывал своих связей с террористами, но официально он представлял себя как духовный сторонник ООП. На деле же он занимался поставкой оружия и взрывчатки и сбором информации о наиболее благоприятных объектах для террористических актов.
7 декабря в телефонную трубку в его квартире была установлена сверхмощная миниатюрная бомба. На следующий день в 8 утра к подъезду дома, где жил Хамшари, подъехало белое "Пежо". В ней находились Авнер, Стив и Роберт.
В 8:30 дочка и жена Хамшари вышли из дома.
В 8:45 Роберт набрал номер телефона Хамшари.
- Это Махмуд Хамшари? - спросил он.
- Да, - раздалось в трубке.
Роберт нажал на кнопку дистанционного управления. В доме напротив прозвучал взрыв. Через несколько часов Махмуд Хамшари умер в одной из парижских больниц.

НИКОЗИЯ И БЕЙРУТ

В начале января группа Авнера получила информацию о том, что Хусейн Абад Аль-Шир, постоянно живущий в столице Сирии - Дамаске вылетает на Кипр. Вскоре его удалось обнаружить в одной из гостиниц Никозии.
Всего два дня потребовалось, чтобы в его номере, под матрасом кровати была установлена бомба. Роберту удалось вмонтировать во взрывной механизм двойной предохранитель. Взрыв мог произойти только в том случае, если под тяжестью человеческого тела ложившегося или садившегося на кровать, соприкасались контакты. Однако, если бы Аль-Шир решил пригласить кого-нибудь в гости, Роберт придумал дополнительную систему безопасности. Первого условия становилось недостаточно. Для взрыва нужно было послать специальный радиосигнал, приводящий в действие детонатор, который в свою очередь срабатывал только при замкнутых контактах.
Около полуночи Аль-Шир вернулся в гостиницу. Один из осведомителей Авнера сопровождал его до самой двери в номер. Удостоверившись, что Аль-Шир один, он подал сигнал Роберту, который, вскоре после того, как в окнах комнаты Аль-Шира погас свет, нажал на кнопку. Языки пламени, вырвавшиеся через разбитые стекла обдали жаром и копотью стены гостиницы. С Абадом Аль-Широм было покончено.
В середине апреля в Париже на перекрестке улиц д'Аркад и Шово-Лагард был застрелен гражданин Ирака, профессор юриспруденции и активный член террористической организации Народный фронт ООП Базиль Аль-Кубаиси.
Вскоре после этого группа Авнера приняла участие в ликвидации лидеров террористов в Бейруте. Среди них находилось и трое головорезов из списка МОСА-Да: пресс-секретарь ООП Аль-Фатха Камаль Насер, главный организатор террористических актов на терр-итории Израиля Камаль Адван и один из главарей организации "Черный сентябрь" Махмуд Юсуф Наджир (Абу Юсуф). Поздней ночью израильские коммандос в составе 40 человек прибыли в Бейрут морем и встретились с группой Авнера.
В течение нескольких минут восемь машин доставили их в центр города. (Кстати, потом кто-то из участников рейда вспоминал, что одним из самых сложных технических эпизодов этой операции было размещение сорока вооруженных солдат по автомобилям, где кроме них находилось еще по два человека.) Затем отряд разделился на две группы.
В течении нескольких секунд трое часовых были сняты и первая группа ворвалась в дом, где находилось жилое помещение штаб-квартиры террористов.
Кроме Насера, Адвана и Наджира были ликвидированы еще 17 террористов.
Интересно, что израильтяне, уже находясь в Бейруте, позвонили в полицию и сообщили, что в штаб квартире террористов началась очередная разборка. Ливанские блюстители порядка предпочитают не вмешиваться в выяснения отношений такого рода. Так оно и произошло. У израильтян были ранены трое солдат.

АФИНЫ И ПАРИЖ

После удачного выполнения этого задания к списку МОСАДа прибавили еще одного террориста. Это был известный Интерполу и многим разведкам мира Заид Мухасси.
Именно он руководил организацией терракта в Израильском посольстве в Никозии. По счастливой случайности посол с семьей покинули здание незадолго до взрыва. Мухасси находился в Афинах, где проходил инструктаж в Советском посольстве. Группа Авнера вылетела в Грецию.
В номере гостиницы, где жил террорист, были установлены восемь небольших бомб. В них содержался специальный состав, который при воспламенении мгновенно поглощал кислород. В небольшом гостиничном номере взрыва восьми бомб было более чем достаточно, для того чтобы человек умер от удушья.
На сей раз произошла осечка. Дистанционное управление не сработало, и Гансу пришлось идти в гостиницу для того, чтобы бросить в номер Мухасси еще одну, зажигательную бомбу, приводящую в действие остальные восемь. Мухасси был убит, но при выходе из гостиницы Ганс и Авнер столкнулись с людьми из поджидающего террориста черного "Мерседеса" с номерами советского посольства.
Один из них потянулся за оружием. Возможно он и не стал бы стрелять, но Ганс и Авнер оказались проворнее. "Русский" был ранен, а его коллега мгновенно уложив друга на заднее сидение, завел мотор и с огромной скоростью скрылся из виду.

В конце июня 1973 года группе Авнера удалось напасть на след Мухамеда Будиа. Роберт подложил специальную бомбу под сидение видавшего виды "Рено" террориста. Будиа постоянно находился в многолюдных местах, а при его ликвидации не должен был пострадать ни один человек. Роберт потратил много времени для создания бомбы с малым радиусом действия.
Все получилось, как и планировал Роберт, - Будиа был убит на месте. Больше пострадавших не было.

ЛИЛИЕХАММЕР И ГЛАРУС

21 июля в Лилиехаммере, норвежском городе, где недавно проходили Олимпийские игры, был убит араб, уроженец Марокко по имени Ахмед Бучика. Он был поразительно похож на террориста номер один в списке МОСАДа - Али Хасана Саламэ. Стрелявших в него израильтян арестовали. Это были люди из какой-то другой, не авнеровской группы.
В начале 1974 года Авнер через своих европейских осведомителей получил сведения о том, что 12 января Абу Дауд и Али Хасан Саламэ встречаются в церкви небольшого швейцарского городка Гларус. До этого Абу Дауд был недосягаем. Семь месяцев он провел в иорданской тюрьме за неудачную попытку похищения одного из министров правительства короля Хуссейна. Потом предстал перед судом и вместе со своими боевиками был приговорен к смертной казни. Семерых из них повесили. Однако смерть Абу Дауда явно не входила в планы Хуссейна. Вскоре он выслал террориста за пределы Иордании.
Выйдя на свободу, Абу Дауд с бешенной энергией начал наверстывать упущенное. Его приезд в Европу и встреча с Саламэ могла означать только одно – готовится новый терракт.

Группа Авнера выехала в Швейцарию на двух машинах. Чтобы не привлекать внимания, они прибыли в Гларус около полудня, в день назначенной встречи. Времени было достаточно, чтобы осмотреть церковь и снова проштудировать детали операции. Ночевать в городе было очень рискованно. В таком захолустном и далеком от достопримечательностей месте, как Глару, приезд пятерых мужчин и проживание в гостинице не могли пройти бесследно.

Авнер прекрасно понимал, что встреча двух главарей не может проходить без телохранителей. Поэтому пришлось проработать и дополнительный вариант - схватку с прекрасно обученными профессионалами.
Когда стемнело, Авнер и Стив вошли в церковь. Ганс остался у главного входа, а Роберт и Карл ждали их в машинах. (Роберт занял привычное место Стива, потому что был болен тяжелой формой гриппа и мог только водить автомобиль).
Бесшумно пробираясь к комнате, в которой горел свет, они слышали обрывки фраз на арабском языке. Оставаясь в темноте, увидели трех вооруженных арабов. У двоих были пистолеты, возле третьего лежал "Калашников". Арабы сидели за столом перед дверью на лестницу, ведущей вниз, где, как были уверены Авнер и Стив, находились Абу Дауд и Саламэ.
По сигналу Авнера они ворвались в комнату и дважды выстрелили в обоих террористов. Третий вскочил со стула и высоко поднял руки над головой. В какой-то момент араб, видимо, решил, что у израильтян кончились патроны. Он бросился к автомату и мгновенно получил четыре пули - две от Стива, две от Авнера. Еще через мгновение Стив и Авнер были внизу и без труда обнаружили единственную комнату, из которой доносились тихие голоса. Резко рванув дверь на себя, они оказались в довольно большом кабинете. Дауда и Саламэ там не было. В комнате сидели и мирно беседовали трое священников. Увидев вооруженных людей, они пришли в ужас, но не проронили ни звука. Только умение владеть собой спасли служителей церкви от случайной гибели.
Продолжать поиски террористов было бессмысленно. Авнер принял решение о прекращении операции в Гларусе.
Впоследствии агентурная сеть Авнера подтвердила, что Абу Дауд и Саламэ находились во время операции в церкви... Ни в одной газете не было упоминания о стрельбе в церкви, ранении или убийстве троих человек и нападении на священников.

ЛОНДОН И ХООРН

После неудачной операции в церкви везение и вовсе изменило группе Авнера.
В мае 1974 года, проживая в одной из гостиниц Лондона, Авнер зашел в бар, где случайно познакомился с очень привлекательной блондинкой. Она обладала хорошими манерами, вела непринужденную беседу и ненавязчиво намекнула, что может и в дальнейшем составить компанию Авнеру. Он отказался. Возвращаясь в номер, Авнер встретил Карла, который направлялся в бар.
На следующий утро Карл не спустился к завтраку. Войдя в его номер, Авнер обнаружил труп убитого товарища. Карл был застрелен, а в его комнате явно чувствовался запоминающийся аромат духов, на который накануне обратил внимание Авнер во время своей беседы с незнакомкой.
Вскоре через свою агентурную сеть Авнеру удалось выяснить, что незнакомку зовут Жаннет Ван Халлен и живет она в голландском городе Хоорн. Агентура сообщила также, что время от времени Халлен, за большие вознаграждения, выполняет заказы террористов. Авнер принял решение о ее ликвидации.
Обнаружить Жаннет особого труда не составило. Она жила на окраине крошечного приморского городка в 35 километрах к северу от Амстердама.
Операция должна была быть выполнена за несколько часов. У группы Авнера не было больше никаких дел в Голландии. Дабы не привлекать внимания, израильтяне добрались до дома террористки на самом распространенном в провинции Нидерландов транспорте - велосипедах. Чтобы не подвергать себя неоправданному риску (об этой операции в МОСАДе никто не знал, и Авнер взял ответственность за ее выполнение на себя) во время вполне вероятного досмотра при пересечении границы, Роберт сделал специальное, правда однозарядное, оружие, вмонтированное в обыкновенные велосипедные насосы. Поэтому два оди-ночных выстрела Авнера и Стива должны были убить террористку.

Когда, 21 августа 1974 года, Авнер вошел в ее маленькую, но достаточно уютную квартиру, Жаннет не узнала его. Только, после вопроса Авнера, помнит ли она Лондон, та, с искривившей лицом гримасой, бросилась к ящику стола. Достать пистолет Жаннет не успела. Авнер опередил ее. Вслед за ним выстрелил Стив. Гибель Карла была отомщена.

АНТВЕРПЕН И ФРАНКФУРТ

Вскоре после возвращения из Хоорна, в начале сентября, Роберт уехал в Бельгию, где в Антверпене жил его старый знакомый - поставщик взрывчатых веществ. Роберт был фанатиком пиротехники и часами доводил свои изделия да совершенства. Для того, чтобы убедиться в преимуществах или недостатках своего изобретения, он любил проводить испытания и собственноручно взрывал изготовленные им устройства. 15 сентября Роберт должен был вернуться во Фра-нкфурт, где находились Авнер, Стив и Ганс.

Поздно вечером 15 сентября раздался телефонный звонок. Звонил один из бельгийских осведомителей Авнера.
- Мне очень жаль, но я должен сообщить вам плохое известие. Ваш друг погиб. Несчастный случай во время проверки новой конструкции.
В трубке раздались короткие гудки. Авнер не знал, насколько эта информация соответствует действите-льности. Возможно, Роберта убили. Какое-то время он не мог произнести ни слова.
Прошло несколько месяцев, и Авнер, Стив и Ганс сбились с ног в поисках Абу Дауда и Али Хасана Саламэ. Не помогали ни осведомители, ни информация, поступающая из МОСАДа. Террористы как в воду канули. Из соображений конспирации они снимали три разные квартиры. Ганс, чаще чем остальные, предпочитал находиться в одиночестве. Обычно он совершал длитель-ные прогулки в парк. Особенно он любил гулять вдоль берега большого, затянутого тонким льдом "Утиного пруда".
Вечером 6 января 1975 года Ганс позвонил Авнеру и сказал, что уходит на обычную прогулку в парк. Они договорились созвониться позже. Но Ганс не позвонил ни в десять, ни в одиннадцать, ни в полночь. Около часа ночи Авнер и Стив отправились на поиски Ганса. Он сидел на лавочке возле "Утиного пруда". Тело было еще теплым.
Поначалу Авнер решил, что Ганс покончил жизнь самоубийством. Однако пистолет находился за поясом. Осмотрев труп, Авнер и Стив обнаружили единственное пулевое ранение в грудь. Может быть, это было простым ограблением? Франкфурт славился своей преступностью, А Ганс был очень хорошо одет. Обнаружив кошелек Ганса в кармане, а дорогие часы на руке, мысль об ограблении сразу отпала. Ганс пал жертвой того самого террора, с которым боролся.

БЕЙРУТ И ЛОДЗЬ

Через несколько дней Стив и Авнер получили приказ о возвращении в Израиль. За два года и три месяца 9 из двенадцати человек в списке МОСАДа были ликвидированы.
22 января 1979 года настал черед вдохновителя Мюнхенской трагедии Али Хасана Саламэ. Это произошло в Бейруте, когда Саламэ вместе с многочисленными телохранителями ехал на своем любимом "шевроле" огромных размеров. В тот момент, когда машина Саламэ поравнялась с аккуратно стоявшим на стоянке "Фольксвагеном", до отказа набитым взрывчаткой, произошел ужасающей силы взрыв. Все пассажиры "шевроле" погибли на месте. Несколько прохожих бы-ли ранены. Ни у кого не возникло сомнений, что это дело рук израильтян.

1 августа 1981 года в Лодзи было совершенно покушение на Абу Дауда - террориста под номером два. Он был тяжело ранен и доставлен в местную больницу. Стрелявшему удалось скрыться, а вот что произошло с Абу Даудом неизвестно. На этот счет существует неподтвержденная информация - он умер вскоре после операции. В любом случае с момента польского покушения имя Абу Дауда больше никогда не упоминалось.
Только один человек ушел от возмездия. Им оказался доктор Вади Хадад, который вплоть до начала 1978 года принимал активное участие в планировании актов международного террора. В апреле того же года он лег в восточногерманскую больницу, где должен был пройти операцию по удалению злокачественной опухоли.
После предоперационного обследования врачи установили, что опухоль сильно запущена и не операбельна. Спустя несколько месяцев Хадад умер.
Почти 9 лет потребовалось МОСАДу для того, чтобы отомстить за гибель одиннадцати израильских спортсменов. За это пришлось заплатить жизнью еще троих израильтян, но теперь, с полной уверенностью можно сказать, что операция "Возмездие" успешно выполнена.

ПОСЛЕСЛОВИЕ К МЮНХЕНСКОЙ ТРАГЕДИИ

Восточный Берлин, 3:50 утра,

5 сентября 1972 года.

"Мы давно ждали этого, не так ли? Теперь за работу". Эти слова произнес один из высокопоставленных чиновников "Штази" через 20 минут после начала террористической операции против израильской спортивной делегации в Мюнхене. В тот момент об этом могли знать только те, кто имел тесные контакты с террористами и был прекрасно осведомлен об их чудовищных планах.

* * *

Недавно немецкий журнал "Фокус" опубликовал Интервью с одним из бывших сотрудников "Штази", а ныне пенсионером П. По непонятным причинам его имя до сих пор хранится в секрете. В интервью П. довольно подробно рассказал о событиях, произошедших в Мюнхене 25 лет назад. По его словам, руководству восточногерманской разведки было известно о замысле террористов.
И все же, за несколько дней до Мюнхенской трагедии было решено анонимно сообщить западным немцам и
израильтянам о готовящейся акции. Естественно, что информация была минимальной и не включала в себя никаких подробностей.
Как оказалось впоследствии, особой необходимости в этом не было. И те, и другие уже располагали подобными сведениями. Случайно об этой "утечке" стало известно и главарям "Черного сентября". Они серьезно обдумывали отмену операции. Лишь за несколько часов до ее начала поступило указание действовать по обстановке.
По странному стечению обстоятельств сотрудник службы безопасности при Израильском посольстве в Бонне не обратил внимания на полученную ими информацию. Проигнорировало ее и руководство западногерманской службы безопасности.
- Информация, которой мы располагали, была полуофициальной. Иными словами мы узнали о готовящейся акции не от руководства ООП, - продолжает свою исповедь П. - тем не менее, ни у кого не вызывало сомнений, что она достоверная. Лично я узнал о том, что и когда именно должно произойти, незадолго до начала "операции". Однако еще в середине августа аналитический отдел "Штази" пришел к единому мнению, что акция состоится во время Олимпиады и скорее всего произойдет в Мюнхене, то есть там, где будет находиться израильская спортивная делегация.
П. убежден, что Ясир Арафат весьма охотно принимавший военную и экономическую помощь от стран Восточного блока, старался самостоятельно принимать решения о проведении каких-либо акций. Учитывая особенности восточной ментальности, присущей лидеру палестинцев, не сложно понять его желание казаться независимым "политиком". Кроме того, официально Арафат не имел контактов с боевым ответвлением ООП "Черный сентябрь". Какое-то время он, поддерживая тесные связи с руководителями "Черного сентября", делал вид, что не согласен с их слишком жесткими методами. П. утверждает, что главарь ООП принимал участие в планировании Мюнхенской акции и во время трагических событий каждый час получал информацию от командующих операцией Абу Хасаном Саламэ и Абу-Дауда.

Глава восточногерманской контрразведки Маркус Вольф в своих мемуарах пишет, что пришел в ярость, узнав о захвате израильских спортсменов. Тем не менее, П. продолжает настаивать, что все руководство "Штази" было прекрасно осведомлено о планах террористов:
- Вольф может говорить и писать все, что угодно, но он просто не мог не знать об этом.
В доказательство своих слов П. приводит довольно интересный факт о сентябрьских событиях 1972 года. Спортсмены ГДР жили прямо напротив той квартиры, где разыгралась трагедия. Начиная с 3 сентября, в этой комнате постоянно дежурили агенты "Штази" - члены спортивной делегации ГДР.
5 сентября они превратили комнату спортсменов в наблюдательный пункт и, следя за происходящим, оживленно обсуждали детали увиденного.
Благодаря этому агенты "Штази" располагали самой достоверной информации о развитии событий. Так, например, уже в 8 часов утра они знали, что группа террористов состоит из восьми человек, а не из пяти, как считали до этого. Только в 22:00, когда террористы вывели заложников из здания, об этом стало известно всем остальным. Но было уже тяжело внести какие-либо коррективы в план операции по освобождению спортсменов.
Сотрудники восточногерманской разведки вели детальные записи. Часть их разговоров была записана на магнитофонную ленту. Так, в средства массовой ин-формации попала запись, сделанная в 17:30, 5 сентября 1972 года. Речь идет о разговоре двух агентов "Штази", находившихся в разных комнатах квартиры Олимпийской команды ГДР. Используя минирацию, один из них прокричал:
- Сейчас мы начинаем атаку!.
- Только мы в состоянии напасть на них, а вы можете только мечтать об этом! - возразил ему другой.
Что все это значило? Неужели сотрудники службы безопасности ГДР всерьез обсуждали возможность атаки на террористов? Или это был какой-то секретный код. Но почему с такими четкими и всем понятными фраза-ми, имеющими непосредственное отношение к текущим событиям?

Ни П., ни другие сотрудники "Штази" не могут дать ответа на эти вопросы. Они говорят, что им ничего об этом неизвестно. Так ли это на самом деле?

С другой стороны, израильский переводчик, сопровождавший телевизионную группу Западной Германии и оказавшийся в комнате с работниками "Штази", рассказывал, что один из них подавал достаточно ясные знаки террористам, предупреждая о том, что на крышах соседних домов залегли снайперы.
Часть этой информации израильским журналистам удалось получить от немецкой общественной организации "Гаук", ведающей архивами Штази. Вскоре после этого с одним из журналистов связался бывший сотрудник "Штази", курировавший операцию.
Он рассказал, что в конце августа 72 года, высокопоставленный чиновник разведки ГДР вылетел в Мюнхен, где встретился с одним из главарей "Черного сентября" и организатором этой акции Абу Даудом. В архивах "Штази" находился детальный отчет об этой беседе. Где он сейчас - неизвестно.
П. категорически отрицает помощь ГДР в проведении операции против израильтян.
- Оружие было доставлено из Болгарии через Югославию, Венгрию и Чехословакию. Сами террористы прибыли в Мюнхен из Болгарии и из Италии. Если бы мы хотели им помочь, то сами передали бы им оружие и перевезли бы их через границу. Это значительно упростило бы выполнение операции, но, повторяю, мы не имели к этому ни малейшего отношения.
Если все обстояло именно так, как утверждает П., зачем его коллеге нужно было встречаться с Абу-Даудом?

* * *

После Мюнхенской трагедии правительствами ФРГ и Израиля были проведены два независимых расследования. Отчеты обоих комиссий были засекречены. В Германии, где существует закон о давности лет, эти документы могут быть опубликованы по прошествии 30 лет, то есть в 2002 году. В Израиле подобного закона нет, поэтому выводы комиссии могут быть рассекречены только в соответствии с решением правительства. Когда оно будет принято, не знает никто.
И все же кое-какие сведения просочились в печать. Стало известно, что после проведения расследования двое сотрудников службы безопасности Израиля были уволены. Один из них - сотрудник посольства в Бонне, который по словам П. получил предупреждение о готовящейся акции.
В Германии председателем комиссии был бывший министр внутренних дел доктор Ганс Дитрих Геншер, который во время Мюнхенских событий возглавлял ГРУппу по переговорам с террористами.
Когда, в конце августа этого года, его попросили объяснить причину бездействия службы безопасности ФРГ после получения информации о готовящемся на-падении со стороны "Черного сентября", доктор Генер категорически отказался от каких-либо комментариев.
П. убежден, что и Израиль, и Западная Германия допустили немыслимые просчеты. ФРГ - в плане проведения операции по освобождению заложников, а Израиль - в плане сбора и анализа разведывательной информации. По мнению П., именно из-за этих ошибок оба государства заключили между собой негласный договор о молчании.
- Вы помните, чтобы Израиль когда-нибудь обвинял немцев в том, что из-за непонятного упрямства они не согласились на участие в операции значительно более опытных израильтян? Или в том, что отлично подготовленные снайперы, открыв огонь, сумели обезвредить лишь двух террористов из пяти находившихся в их поле зрения? - задает риторические вопросы П. - этого никогда не было. Однако, с другой стороны, в ФРГ никто и никогда не критиковал Израиль за безалаберное отношение к ценнейшей разведывательной информации. Понятно, почему молчат и другие государства. Они считают, что не имеют морального права критиковать пострадавших, то есть ту же Западную Германию и, конечно же, Израиль.

* * *

А пока родственники погибших спортсменов добиваются от правительства Германии компенсации в размере 40 миллионов долларов. Петиция была подана в 1994 году израильским адвокатом Пинхасом Зельцером. Первое заседание суда не вынесло решения по этому вопросу. Второе должно состояться в начале следующего года. Надеяться, что на сей раз суд примет окончательное постановление, не приходится. Обычно такие дела длятся годами...

Игорь Туфельд



тагаз соната, выкуп автомобилей.
Главная страница Написать письмо Поиск
Jig.ru является расширенной версией «МЕГ». Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора. Материалы сайта могут перепечатываться без письменного согласования с редакцией, но с обязательной гиперссылкой на главную страницу сайта.