Одобрям!

Публикуем один из знаковых рассказов Мишина. Написанный в канун перестройки, он сатирически выразил суть той нашей жизни. Название рассказа - "Одобрям" - стало крылатым словом, символом минувшей эпохи.

В Центральном Доме Актера состоялась презентация очередного тома в серии "Антология сатиры и юмора России ХХ века". (Главный редактор Юрий Кушак). Была представлена книга писателя-сатирика и юмориста Михаила Мишина, куда вошли лучшие его произведения.

На презентации выступили ВИР-персоны любимого народом жанра: К.Райкин, Г.Хазанов, А.Ширвиндт, А.Арканов, В.Вишневский, И.Иртеньев и, конечно, сам автор. Как следует из перечисленных имен - мероприятие было очень веселым. Есть еще порох в пороховницах!

Публикуем один из знаковых рассказов Мишина. Написанный в канун перестройки, он сатирически выразил суть той нашей жизни. Название рассказа - "Одобрям" - стало крылатым словом, символом минувшей эпохи.

Михаил Мишин

ОДОБРЯМ!

- Я, местный житель, как и все местные жители:

- Мы, местные жители, как и жители других мест:

- Я, вагоновожатый, как и все вожатые вагонов:

- Мы, бурильщики:

- Мы, носильщики:

- Мы все, как и все остальные:

- Решительно и всемерно:

- Целиком и полностью:

- ОДОБРЯМ!!!

Одобрям. С большой буквы. Потому что это - не глагол. Это больше чем действие. Это - название эпохи. У людей был Ренессанс. У нас - Одобрям-с. Он был всеобщим. Он торжествовал в балете и нефтеперегонке, при шитье пеленок и возложении венков. Отеческий "Одобрям" руководящих сливался с задорным "Одобрямом" руководимых.

"Одобрям" был выше чувств и отвергал формальную логику.

Высокие потолки - Одобрям! Низкие потолки - Одобрям! Больше удобрений - Одобрям! Меньше удобрений - больше Одобрям!

Все газеты и журналы из номера в номер публиковали одно и то же. "Дорогая редакция! С глубоким одобрением встретили мы:".

Издать Сыроежкина - Одобрям! Изъять Сыроежкина - бурно Одобрям! Главное в нашем "Одобряме" было единогласие и единодушие - причем в обстановке полного единства. Вопрос "Кто воздержался?" вызывал улыбку. Вопрос "Кто против?" считался вообще чем-то из английского юмора Реакция на вопрос "Кто за?" была похожа на выполнение команды "Руки вверх!"

Снести церковь - Одобрям! Снести тех, кто ее снес - сердечно Одобрям! Реставрировать и тех и других посмертно - Одобрям посмертно!

Периодически "Одобрям" ударялся в свою противоположность и тогда назывался Осуждам.

Тогда:

- Мы, намотчики:

- Мы, наладчики:

- Мы, профессора:

- Мы, шеф-повара:

- С гневом и негодованием:

- Решительно и сурово:

Узкие брюки - Осуждам! Длинные волосы - Осуждам! Того поэта не читали, но возмущены! Этого химика в глаза не видели, но как он мог?!

Пока бросали камни в химика, проходило время, и уже узкие штаны

- Одобрям, а широкие - Осуждам. И опять не по одиночке. Ансамблем, хором, плечом к плечу!

- Как вы считаете?

- Так же!

- Какое ваше мнение?

- Еще более такое же!

Не я сказал - мы сказали. Не я наступил на ногу - мы всем коллективом наступили. Не у меня мнение, не у тебя, даже не у нас: А вообще: "Есть мнение:" Оно есть как бы само, а уже мы, доярки и кочегарки, его Одобрям. Или Осуждам. В общем, Разделям.

Казалось, тренированы, казалось, готовы ко всему. И все же многие не могли предвидеть, что начнется полный Осуждам вчерашнего Одобряма!

И вот вместо тишины - шум! Вместо шума - крик! Там, где раньше уныло скандировали, теперь весело скандалят. Заместитель назвал директора дураком - тот обнял его, как брата:

Согласных больше нет:

- Как вы считаете:

- Не так, как вы!

- Какое ваше мнение:

- Не ваше дело!!

:И это легко понять. Разноголосица радует наш слух после того единогласия, которым у нас называлось бормотание одного на фоне храпа остальных.

Но пора успокоиться. Пора уже радоваться не столько факту крика, сколько его содержанию. И когда кто-то орет, что он думает иначе, надо сперва убедиться, что он вообще думает. Даже отрицательный результат этой проверки пойдет на пользу. Ибо среди множества орущих мы сможем выявить уцелевших после "Одобряма" думающих. Надо будет попытаться организовать их размножение.

Это - долгий путь. Но только таким путем мы, писатели, мы, читатели, мы все - сумеем начать путь к действительно новой эпохе - к эпохе Размышлямса:

Которая одна способна стать эпохой нашего Возрождения.